Правда о медицине

ГМО, вакцинация, лекарства, медицина, опасная еда, курение, алкоголь, косметика,что нас убивают

Это НЕОБХОДИМО знать — профилактика образования тромбов А вы отравляете свою семью? Прочтите и решите для себя Пережатие пуповины: памятник гинекологической глупости Когда головная боль — повод обратится к врачу
Новости



Loading...
Подписываемся в нашу группу в ВК

Медицинская Правда
Подписаться письмом

Два поучительных случая из практики

 Пришла пора извлечь максимум полезного из двух поучительных случаев лечения сахарного диабета.

Случай первый. О нём рассказала газета «Ленинградская правда» 7 октября 1988 года. Место действия — город Отрадное Ленинградской области. Сложнейший случай заболевания и безупречные, более того, профессионально красивые действия врача П. Н. Тарасовой.

К врачу Тарасовой срочно привезли из другой больницы «тяжёлую диабетическую кому». Характерные признаки диабета I типа: запах ацетона, очень высокий уровень сахара в крови. Больной уже ввели в нескольких инъекциях 100 единиц инсулина, но в сознание больная так и не пришла. У больной выпадение пульса, испарина, никаких рефлексов.

Сто единиц инсулина и никакой реакции!

И Тарасова принимает, на первый взгляд, парадоксальное, но единственно верное решение для спасения больной. Вот ход её рассуждений: запах ацетона — это «ацетоновая иллюзия», это следствие отравления больной техническими красителями на базе ацетона; этот запах ацетона, во-первых, не имеет отношения к диабету и диабетической коме; во-вторых, отравление вызвало нормальную защитную стрессорную реакцию в организме — высокий сахар в крови. Первичный обморок — тоже следствие отравления. В таком случае это и не диабетическая кома, и не сахарный диабет вообще.

«Тогда глубокий шок — не что иное, как логическое следствие инсулиновой передозировки, ошибочно допущенной на предыдущем этапе...»

Врач назначает 500 мл 40-процентной глюкозы внутривенно. Больная пришла в сознание. «Никакого диабета, а тем более комы, у нее в жизни не было!»

И хотя здесь не было заболевания сахарным диабетом вообще, но поучительно в этом случае буквально всё.

Запах ацетона у потерявшего сознание человека может быть не только признаком диабетической комы, но и отравления красителями, содержащими ацетон.

Высокий уровень глюкозы в крови возможен не только при сахарном диабете (диабетической коме), но и при любом отравлении, в том числе красителями с ацетоном.

Потеря сознания возможна не только при диабетической коме, но и при отравлении.

И самое главное, при диабетической коме 100 единиц инсулина не могли не дать никакой реакции! Значит, эти 100 единиц инсулина введены здоровому в отношении сахарного диабета человеку и резко ослабили энергетику организма, искусственно ввели его в глубокий шок. Глюкоза, которая должна была циркулировать с кровью, оказалась быстро переведенной из крови в печень и не могла вернуться в кровь, этому мешал излишний, введённый извне инсулин. Организм ослаблен до гипогликемического шока.

П. Н. Тарасова твёрдо знала, что введение инсулина здоровому человеку опасно, может привести к гипогликемическому шоку. Тем более, введение 100 единиц инсулина.

К сожалению, не все специалисты знают следующие исключительно важные различия в действии инсулина:

разовое введение инсулина больному диабетом I типа полезно переводит у него излишнюю глюкозу крови в запас в печень;

разовое введение инсулина здоровому человеку переводит очень нужную в крови глюкозу (причём переводит быстро) в запас в печень и это опасно, кровь остается практически без глюкозы, развивается гипогликемический шок;

разовое введение инсулина больному диабетом II типа практически не переводит излишнюю глюкозу в печень, там нет для неё места; но у этих больных не бывает ацидоза (в том числе запаха ацетона изо рта); такое введение (разовое!) и не полезно, и не опасно.

Навсегда в памяти должно оставаться правило: разовое введение инсулина, особенно в больших дозах, опасно именно для здорового человека!

В современной медицине отсутствует понимание недопустимости назначения инсулина (и сахаропонижающих таблеток) в лечебных целях всем без исключения больным сахарным диабетом, имеющим повышенную массу тела. Эти больные нуждаются не в переводе относительно легко протекающего диабета II типа, которым они страдают, в неизлечимый, тяжело протекающий диабет I типа, а в освобождении печени от ожирения или, в некоторых, случаях, в лечении тиротоксикоза.

Отсутствует и понимание теоретической недопустимости предполагать у всех больных сахарным диабетом, имеющих пониженную массу тела, диабет I типа.

Очень часто диагнозы больных сахарным диабетом подгоняются «под инсулин». И в этом смысле практика лечебных учреждений богата поучительными случаями, один из которых мы и рассмотрим.

Случай второй. Место действия — лучшая больница Санкт-Петербурга. Время действия — глубокая осень 1992 года.

Больная поступила в больницу с сахарным диабетом и отёками нижних конечностей. Пониженная масса тела. Артериальное давление 150/ 80 мм рт. ст. До поступления в больницу уровень глюкозы крови составлял 7 ммоль/л, в больнице определён в 13 ммоль/л.

В отношении отёков нижних конечностей в больнице была допущена первая лечебная ошибка — причиной отеков диагностирована сердечная недостаточность. Оснований для такого диагноза не было. Назначены мочегонные средства. Отмена через несколько дней мочегонных средств привела к естественному восстановлению отеков нижних конечностей.

Казалось бы, назначение мочегонных средств в связи с отёками у этой больной можно было бы и не упоминать в работе, посвящённой сахарному диабету. Но еще в 1986 году профессор В. Талантов в «Медицинской газете» предупреждал, что современные мочегонные средства имеют контринсулярные свойства. В данном случае бесполезное в отношении отеков назначение мочегонных средств оказалось нежелательным в отношении сахарного диабета, снижающим уровень инсулина в крови.

Проведённые в больнице лечебные мероприятия по сахарному диабету этой больной составили целую серию врачебных ошибок различной степени тяжести.

Больная ранее систематически принимала бутамид или букарбан и по опыту знала, что назначение манилила сопровождалось у неё повышением уровня глюкозы в крови. Врач не приняла во внимание настойчивую просьбу больной не назначать ей манилил. Манилил был назначен.

Это назначение привело к повышению у больной уровня глюкозы в крови. Теперь должно было стать очевидным, что больная страдает сахарным диабетом, в котором основную часть заболевания составляет диабет II типа. Манилил необходимо было отменить и возвратиться к менее эффективным бутамиду, букарбану, уделяя основное внимание диабету II типа. О назначении инсулина не могло быть и речи. Однако, следующим шагом врача стало назначение больной нормальных доз инсулина. Это не могло дать при диабете II типа и не дало ощутимого снижения уровня глюкозы в крови. Теперь-то уж врачу должна была стать понятной ошибочность назначения инсулина. Но вместо того, чтобы немедленно отменить инсулин и искать правильное решение (хотя бы не вредить больной!), допускается грубая врачебная ошибка — «подгонка под инсулин». Без каких-либо оснований диагностируется инсулинзависимый сахарный диабет (I тип) и назначаются так называемые «лошадиные» дозы инсулина в 100 и даже более единиц в одноразовом суточном введении. С помощью таких доз инсулина удаётся насильственно переводить ещё какую-то часть глюкозы крови в печень сверх нормальных её возможностей. Дополнительная часть глюкозы перерабатывается печенью в жир и по этой причине у больной увеличивается масса тела, что выдается за успех лечения.

Однако, введение таких доз инсулина доводит печень до прямого разрушения части гепатоцитов. Некоторое насильственно добытое снижение уровня глюкозы в крови, тоже выдававшееся за успех лечения, через несколько дней сменяется прежними высокими значениями (до 23 ммоль/л вместо 13 ммоль/л при поступлении в больницу). Прибавление массы тела прекращается. Но теперь у больной серьёзно травмирована и продолжает непрерывно травмироваться печень. В крови излишки инсулина чередуются с излишками глюкозы. В часы гиперинсулинемии больная при простейшей физической нагрузке (несколько шагов по больничному коридору) теряет сознание. И даже эти явные инсулиногенные периоды гипогликемии крови не заставили врача прекратить ошибочные действия. Остается добавить, что больной теперь уже диабетом I типа (от инъекций инсулина) назначили, как и обычно, недопустимо голодную диету, не учитывающую значительных потерь глюкозы с мочой.

Вот таким нагромождением лечебных ошибок за полтора месяца состояние больной было искусственно, безвозвратно, значительно ухудшено.

При выписке больной, имевшей массу тела 63 кг, предписали 88 единиц инсулина двух видов таким образом, что она фактически была обречена на пожизненный постельный режим: всё дневное время занимали периоды искусственной гиперинсулинемии (гипогликемии), сопровождавшиеся естественными болями скелетных мышц. Это результат разрушительного действия высокой концентрации инсулина крови на их клетки, ещё одно подтверждение ошибочности назначения инсулина. Появившиеся запоры стали практически неустранимыми, общая мышечная дистрофия — нарастающей.

Подошел срок выписки и врач, доведя больную до тяжелого состояния, привязав её к пожизненным инъекциям инсулина, избавляется от этой больной, удобно ссылаясь на установленные сроки лечения.

Но инсулин теперь отменить уже невозможно! Облегчить состояние больной теперь уже тоже невозможно! После полуторамесячного больничного насилия над организмом этой больной, после перевода её безобидного диабета III типа с преимуществом диабета II типа (всего 7—13 ммоль/л глюкозы в крови до больницы) в тяжелейший диабет I типа, уже не могло быть и речи о восстановлении хотя бы того состояния, которое было у неё до практического знакомства с современным пониманием сахарного диабета в медицине.

Возмутительна в этой истории ещё одна сторона поведения лечащего врача, действия которой представляют практически сплошную цепь ошибок. С высоты положения своего весьма известного лечебного учреждения в известном городе и своего внушительного стажа работы такой специалист на каждом шагу называет всех, кто думает и поступает правильно, шарлатанами, подлинные жалобы больной — выдумкой. А заявление этого врача: «У нас у всех одна школа», с одной стороны, ставит многих больных сахарным диабетом просто в безвыходное положение, а с другой стороны, свидетельствует об уверенности специалиста в полном одобрении своих действий другими специалистами, хотя в этих действиях не было ни одного правильного! К несчастью, школа, и в самом деле, одна. Такой школы стыдиться надо! Одинаковые пробелы в компетентности многих специалистов в вопросах сахарного диабета не являются оправданием явно ошибочных действий ни одного из этих специалистов.

Из этой довольно характерной истории должны быть сделаны выводы, полезные для исследователей сахарного диабета и практических врачей: отсутствие эффекта от назначения манилила должно служить предостережением от назначения инсулина; отсутствие ощутимого эффекта от введения нормальных доз инсулина должно служить поводом для немедленного прекращения таких инъекций. И совсем недопустимо в подобных случаях назначение «лошадиных» доз инсулина.

Справедливость требует отметить исключительную сложность рассмотренного здесь случая сахарного диабета. У больной понижена масса тела, это исключало сахарный диабет II типа с ожирением, а тиреотоксического сахарного диабета II типа с адреналиногенной раздражительностью больных лечащий врач не знала, такой диабет впервые рассматривается в данной работе. Положение больной серьёзно усугублялось гиперкортицизмом и кумуляцией йода в организме после свежих бальнеологических йодных ванн. Но у врача должно было присутствовать понимание того факта, что это не сахарный диабет I типа! Наконец, видеть отрицательные последствия своих назначений инсулина и не отменить немедленно эти назначения — такому непониманию сахарного диабета не может служить оправданием даже исключительная сложность рассмотренного нами случая этого заболевания. Непонимание в нашем примере дошло до того, что лечащий врач отводила протесты больной против назначения явно вредящих ей инъекций инсулина заявлением: «Это же наш родной гормон инсулин». Совершенно очевидно, что подобные убеждения специалиста могут оказаться губительными для больных.

Вот такие два поучительных случая из практики. Один — очень положительный, другой — очень отрицательный.

Во втором рассмотренном нами случае (отрицательном) поучительными оказались и ультразвуковые исследования (УЗИ) внутренних органов больной.

В больнице с помощью ультразвуковых исследований специалисты фантастическим образом установили изменения в островках Лангерганса поджелудочной железы. Напомним, что островки Лангерганса составляют всего 2—3% от общей массы поджелудочной железы, что размеры островков Лангерганса, как сообщает «Большая советская энциклопедия» в т. 14 (1973), составляют 50—500 мкм. И вот в этих крохотных островках больничные исследователи сумели обнаружить с помощью гигантского, по сравнению с островками, датчика аппарата УЗИ не что-нибудь, а ещё более крохотные изменения этих мельчайших островков.

Это можно было бы считать достаточно откровенным издевательством над здравым смыслом, но самое удивительное здесь то, что такими исследованиями пользуются эндокринологи! Невозможно понять, то ли специалисты УЗИ выручают на всякий случай эндокринологов «оправдательным документом», то ли насмехаются над эндокринологами.

Эти ультразвуковые исследования были в такой степени неправдоподобными, что возникла необходимость проверить их на высоком уровне в независимом лечебном учреждении. К сожалению, такая потребность возникла не у лечащего врача, а у родственников больной. В результате никаких изменений поджелудочной железы и печени с помощью УЗИ не было обнаружено. Может показаться странным, больная с трудом передвигается, а результаты УЗИ превосходные. И это правильно. Данное заболевание с помощью УЗИ не определяется. Ну а больничные УЗИ, в данном случае, оказались всего лишь надувательством.

Вывод прост: беспардонное надувательство с помощью самой современной японской аппаратуры УЗИ в самых лучших больницах самых известных городов остаётся всего лишь надувательством.


Просмотров: 3259
Рекомендуем почитать



Популярное на сайте
Вред дрожжей Greenpeace обновил чёрный список производителей ГМО Чем опасен Аспартам Почему мы ничего не знаем о фрукте, который лечит рак? Георгий Сидоров рассказывает о народном рецепте лечения рака Недорогие аптечные средства для красоты