Правда о медицине

ГМО, вакцинация, лекарства, медицина, опасная еда, курение, алкоголь, косметика,что нас убивают

Цветотерапия — уникальный метод восстановления зрения А вы отравляете свою семью? Прочтите и решите для себя ВАЖНАЯ информация для родителей! Много симптомов — одно заболевание Не давайте лимфе застаиваться!
Новости



Loading...
Подписываемся в нашу группу в ВК

Медицинская Правда
Подписаться письмом

Медицина и сельское хозяйство — две загубленные отрасли: удивительная параллель

От того сельского хозяйства, каким его знали наши предки, традиционного, исполненного почтения ко всему натуральному, разнообразного и адаптированного к различным климатическим условиям, остались лишь благие воспоминания на пороге третьего тысячелетия.
Прежнее сельское хозяйство было загублено зерновыми, химическими трастами, а также трастами по изготовлению сельскохозяйственной техники и, наконец, самой политической властью и профсоюзами, находящимися в зависимости от государственных структур.
Подобный удар претерпела и традиционная медицина, уважительно относящаяся к фундаментальной природе человеческой личности, ее физиологической и психической сущности.
Терапевт тех времен был способен вылечить практически все заболевания (чего нет в настоящее время, и при этом наблюдается тенденция к специализации). Это была медицина, адаптированная ко всем провинциальным департаментам (примером может служить сельский врач).
Такая медицина, если она еще не совсем умерла, находится в состоянии агонии, постепенно уничтожаемая фармацевтическими трастами, производителями медицинского оборудования, компьютеров и, наконец, политической властью и некоторыми профсоюзными синдикатами, подчиненными этой власти.
Политическая власть во имя ошибочной социальной идеологии в течение нескольких десятков лет не прекращает осуществлять давление на либерализм (движение за частную собственность) и корпоратизм, присущие медицинской профессии. В последние годы наблюдается подобие коллективизации медицинского корпуса и создание центров здоровья.
Главная идея этого плана коллективизации заключается в обеспечении каждому гражданину права доступа к лечебной технике, будь он беден или богат. И эта полная коллективизация должна подкрепляться полной солидарностью.
Но что парадоксально, так это то, что гражданину внушается, что эта солидарность должна быть обязательной! Солидарность — это чувство взаимной ответственности между несколькими лицами или взаимное совпадение интересов или, наконец, чувство гуманизма, братства или взаимная зависимость между людьми.
Таким образом, со стороны соответствующих личностей должен быть обязательный консенсус. Но подобного взаимопонимания не существует. Только представьте себе на минутку: может ли такой консенсус существовать, и смог бы он вообще существовать, если бы государство не насаждало его настолько грубым образом?
Какой референдум смог бы ответить интересам тех, кто задумал создание организации, подобной Службе социального обеспечения Франции и получившей иное название в остальных странах?
И много ли нашлось бы желающих участвовать в ее финансировании, которое становилось все более и более проблематичным?
Ответы могут быть только отрицательными.
Проект полного развала аграрного сектора и медицины был и остается одной из главных целей отдельных мировых технократов, которым уже удалось частично привести сельское хозяйство и фермеров к катастрофическому состоянию путем систематического разрушения земельного достояния, отравления окружающей среды, истощения природных ресурсов, разнообразия животных и растительных видов.
Им удалось убедить фермеров в том, что земля — это, прежде всего, орудие труда, и только потом недвижимость, призванная обеспечивать высокую урожайность с помощью удобрений, пестицидов и другой химической продукции, и вовсе не надо беспокоиться об истощении земель и об отравлении подземных вод.
В результате такой деятельности подвергается опасности здоровье потребителей сельскохозяйственной продукции, употребляющих ежедневно в пищу значительное количество вредных и токсичных химических субстанций со средним и продолжительным сроком действия, что приводит к серьезным заболеваниям, которые современная медицина вылечить не в состоянии.
Но этот бесспорный факт мало заботит мировых технократов: лишь бы химическая индустрия, акции которой принадлежат государству, приносила существенные доходы.
Таким образом, развал, произошедший в аграрном секторе, в настоящее время наблюдается, и в области медицины. Как и аграрники, врачи теряют шаг за шагом свою индивидуальность, так как определенные круги стараются сбить их с правильного пути.
Как в свое время обрабатывали фермеров ежедневной рекламой (о достоинствах удобрений, пестицидов, фунгицидов, химических средств борьбы с сорняками), так в настоящее время фармацевтические лаборатории обрабатывают врачей подобной рекламой.
Они заставляют медиков поверить в то, что каждое новое лекарство является панацеей, которая неизбежно приведет к исчезновению всех заболеваний.
Как в свое время фермерам давались советы аграрными советниками и банковскими структурами, например, Crédit agricole, о рациональной обработке земли с помощью современной техники, при этом не учитывалось состояние почвы, а высокую производительность надеялись обеспечить применением удобрений; так ныне фармакологические предприятия рекомендуют врачам умные аппараты для облегчения диагностики и лечения.
Медицина идет по пути преобразования искусства врачевания в индустриальную отрасль и коммерцию. Врачи, пользующиеся в своей практике промышленной аппаратурой, перестали осматривать больных: они их только опрашивают.
При постановке диагноза медики уже не доверяют своим профессиональным знаниям, в основе которых заложена интуиция и знание своего дела: они оставляют право лечения больного за компьютером. Все это выглядит ненадежным и рискованным и не опирается ни на одну из солидных научных баз.
Компьютер мог бы быть полезным для врача только в том случае, чтобы избежать нежелательного взаимодействия в организме пациента предписанных ему лекарств.
Врач, плохо обученный в университете медицинской практике и даже в период своей интернатуры, с головой, набитой ворохом архаичных и устарелых знаний, а значит бесполезных, еще в первые годы учебы разочаровывается в выборе своей опасной профессии.
Он хорошо осознает, что если откроет свой лечебный кабинет с помощью банковского кредита, как это делает фермер в банке «Credit agricole», то у него будет лишь одна забота: как можно быстрее заработать деньги, до того, как столкнешься лицом к лицу с необходимостью погашения срока платежа по взятому кредиту.
Увы, это совершенно законное желание оказывается часто невыполнимым из-за отсутствия пациентов в течение нескольких месяцев и даже лет. Предположим, что молодому врачу все же повезет, и он приобретет относительно важную клиентуру, благодаря своей активности и компетенции.
Полученные им гонорары позволят жить в достатке после долгих лет учебы и усилий. Однако очень скоро молодой врач сможет понять, что он стал легкой добычей фармацевтических лабораторий, попав как под их влияние, так и под мощный медицинский пресс.
Такой врач вынужден ежедневно проводить большое число приемов, что совершенно его истощает. Он больше не располагает необходимым временем, чтобы думать, повышать свой профессиональный уровень, быть постоянно информированным.
Если ему удается приобрести значительное количество пациентов, то он вынужден сокращать время приема каждого из них. Его консультации становятся подобны заводскому конвейеру...
Если ему расхваливают достоинства компьютера, то он все же решается его приобрести. При этом он не отдает себе отчета в том, что он совершает ошибку, что он устанавливает между собой и своим пациентом необычный прибор, который заставит его забыть все свои диагностические способности, свою профессиональную интуицию, а в сумме и все свое искусство.
Врач, добровольно позволивший заманить себя в западню, становится частицей той системы, в которой медицинское искусство полностью подменяется техническими средствами.
Довольно часто повторяются случаи, когда запрограммированные в компьютере симптомы выдают специфические данные о синдромах отдельных заболеваний. Представляется вполне закономерным, если врач, получивший подобный компьютерный результат, потребует от пациента причитающуюся ему сумму гонорара.
Но, тем не менее, врач колеблется. Его интуиция подсказывает, что компьютерный диагноз далеко не точен, и что заболевание может быть совсем иным.
Любая, даже современная, техника при ее чрезмерном использовании может быть источником непоправимых ошибок.
Достаточно рассмотреть то, что произошло с аграрным сектором в Европе, и то, что происходит в настоящее время в области медицины, чтобы не увидеть в этом решительное намерение их полного уничтожения со стороны высшей межнациональной экономической власти, господствующей в Брюсселе.
В основе директив, принимаемых различными комиссиями ЕС и распространяемых по всем странам — членам ЕС, лежит идея коллективизма, которая оказывается чрезвычайно опасной для будущего частной практики.
Гуманные идеи принесены в жертву социальным проблемам. В этом усматривается проявление теории уклонизма. Его идеи создают из человека послушное и зависимое существо.
Они будут развиваться и дальше, вплоть до лишения человека всякой индивидуальности, ради удовлетворения требований опасной идеологии. Гражданин больше не рассматривается как главная ценность системы.
Он принесен в жертву подобной идеологии, заклятого врага либерализма, а значит и лишен свободы жить на свой лад, работать, думать и даже говорить. За рамками правил, представляющих основу этой абсурдной идеологии, личность не имеет абсолютно никаких шансов, чтобы выжить.
Личность вынуждают полностью подчиниться этим правилам, отказаться от всего личного, потерять всякую индивидуальность, всякое честолюбие.
Тот факт, что технократы считают вышеизложенную идеологию своим мировоззрением, а при этом утверждают обратное, представляется необычным и парадоксальным. Они не устают восхвалять такие ценности, как свобода во всех областях, социальная и налоговая справедливость и ряд других прав...
В конце концов, получается, что личность оказывается вообще без каких-либо прав, за исключением права молчать и принимать жесткие правила, которые ведут ее чаще всего к экономическому банкротству.
В подобном положении оказался и фермер. Если он является собственником земли, то он уже не имеет права свободно продать ее третьему лицу. Вступил в действие закон о преимущественном праве покупки. Фермер лишен также права сдавать землю в аренду всем тем, кому он считает нужным, так как закон обязывает его составлять практически пожизненный арендный договор с арендатором.
Хуже того, он больше не имеет права производить те продукты питания, какие он считает более целесообразными; в противном случае он может быть наказан за несоблюдение ранее предоставленных ему квот. Наконец, его обязывают держать свои земли под паром...
В большинстве государств Европы фермер имеет право на укрупнение своего земельного хозяйства. Ему предложили новую, измененную систему социальной защиты как его самого, так и всех членов его семьи. Технократы предложили участие как в производственных, так и в торговых кооперативах.
Агрария вынудили взять в банке кредит с целью обновления парка сельхозмашин или других технических средств. Его ориентируют на выбор сельскохозяйственных культур, видов животноводства. Действительно, его лишили оценки того, что могло бы ему реально приносить достаточную прибыль. Выращивать скот ему предложили путем искусственного оплодотворения.
Химическим трастам, реализующим удобрения, пестициды и другие средства обработки почвы и растений, постепенно удалось установить контроль над производством и продажей семян, окончательно поставив, таким образом, фермеров в зависимость. Подобный процесс даже получил название — «зеленая революция».
(Монография Пата Роя Моцнея: «Семена земли, общественное или частное богатство». — Бедфорд Шамберс, Ковент-Гарден, Лондон, 1979; Ж.С.Давесне «Загубленное сельское хозяйство», издание Шире, 1989 г.)
Семена, предоставленные в распоряжение фермеров, не могут быть использованы без специальной обработки специфической химической продукцией. Как эта продукция, так и семена продаются одними и теми же компаниями.
Так, например, «UPJOHN» — исключительно химическая компания, специализирующаяся на выпуске противозачаточных средств!
И, наконец, агропромышленные трасты практически полностью захватили и подчинили себе рынок производства продуктов питания: сельское хозяйство находится отныне в полной зависимости от индустриальных магнатов.
Само собой разумеется, что Брюссель одобряет, поощряет и благословляет всё это. А результаты подобной аграрной политики уже известны:
§   уничтожение национального достояния;
§   ухудшение состояния окружающей среды в результате укрупнения земельного хозяйства;
§   мнимое право собственности (устав о сдаче в аренду недвижимости);
§   провал системы трудоустройства молодых фермеров;
§   демография сельской местности приняла катастрофические масштабы (за 10 лет число хозяйств снизилось более чем на 30%);
§   возврат к целинным землям;
§   исчезновение некоторых пород животных, злаковых зерновых культур, овощей и фруктов;
§   нарушение качества пищевых продуктов, вызванное деятельностью агропромышленных трастов, ставящих под угрозу здоровье потребителей (изготовление различного рода добавок к пищевым продуктам);
§   загрязнение почвы, воды, подземных вод удобрениями, пестицидами и т.д.;
§   нарастающая стерилизация почвы вызывает опасение, что через 20 лет в Европе наступит голод беспрецедентных масштабов.
По правде сказать, хороши результаты!
Налицо реальный и очевидный крах якобы хорошо продуманной попытки политиков создать коллективные хозяйства на селе.
Однако, из-за отсутствия должной информации широкой публике об этом пока мало что известно.
Я хотел бы высказать свое опасение по поводу того, что подобное бедствие начинает поражать как врачей, так и саму медицину в целом. Это бедствие уже начинает проявляться в следующем:
o           врач (в том числе и представитель «парамедицины») потерял право свободно устанавливать величину своих гонораров;
o           врач не может больше свободно выбирать подходящий ему сектор деятельности;
o           врач не имеет больше права прописывать рецепты на своё усмотрение: его деятельность находится под постоянным контролем;
o           обстоятельства вынуждают врача идти на подписание контракта с различными органами о взятии кредита для приобретения медицинского оборудования;
o           врача поставили в принудительные рамки в выборе медикаментов, предлагая ему новую продукцию (так называемую, более качественную) в ущерб некоторым, более эффективным лекарствам.
Фармацевтическим трастам, уже взявшим на себя ответственность за подобную ориентацию врачей при выборе лекарств, удается навязывать свою новую продукцию путем введения в практику серии испытаний третьей фазы (то есть, испытаний действия лекарств на пациента), что представляет само по себе уже чистой воды мошенничество.
Более того, были созданы такие лекарства, которые могут быть прописаны больному при условии обязательного назначения других дополнительных препаратов, которые якобы способствуют нейтрализации нежелательных эффектов предыдущих медикаментов. Отсюда двойная прибыль для лабораторий.
Тем же самым трастам удалось заставить врачей поверить в то, что пациенты, страдающие одной и той же болезнью, могут быть все вылечены одним и тем же лекарством.
При этом якобы не обязательно учитывать физиологические и психологические особенности каждого индивидуума, то есть индивидуальные особенности, свойственные каждому отдельно взятому пациенту.
В результате из-за пренебрежения психологическими особенностями пациентов, совершения ряда ошибок при назначении лекарств здоровью больных был нанесен непоправимый ущерб.
Как и в сельском хозяйстве объект воздействия (почва) «обречен» и представляет собой не что иное, как «орудие производства», предназначенное только для обеспечения высокой производительности труда, так и современная медицина под влиянием лабораторий «стерилизует» защитные функции организма в результате введения в него более или менее опасных химических субстанций, которые организм не в состоянии эвакуировать через естественные выводные протоки.
В аграрном секторе продолжается процесс отравления почвы и подземных вод. Происходит необратимый процесс отравления людских организмов, которые уже больше не в состоянии изыскивать необходимые внутренние ресурсы для борьбы с возникающими заболеваниями.
Медицина перестала быть кустарной и приобретает все больше и больше индустриальный характер, становится коммерческой из-за упразднения рецептурного приготовления лекарств.
Ни один из современных врачей не способен заниматься этим древним ремеслом своих предков: теперь сами лаборатории предлагают свою продукцию, уже готовую к использованию.
Подобный процесс происходит и в аграрном секторе: фермер больше не в состоянии самостоятельно изготавливать удобрения и средства для борьбы с паразитами.
В противоположность тому демографическому процессу, который наблюдается в сельском хозяйстве, широко распахнуты двери для тех, кто желает сделать медицинскую карьеру.
В основе подобной политики лежит основной принцип: чем больше будет врачей, тем больше будет выписываться медицинских рецептов и тем выше будут доходы фармакологической индустрии, тем больше будет покупателей медицинского и информационного оборудования.
Подобно тому, как в аграрном секторе была поддержана идея учреждения GAEC (Объединение фермеров по типу коммун), так и в медицине было одобрено создание медицинских ассоциаций (лечебных кабинетов гражданских групп и средних компаний).
Основной целью их создания было облегчение контроля над их деятельностью, а также использование в качестве альтернативы независимости и индивидуализму, которые свойственны врачам-терапевтам.
Была произведена попытка внести раскол в ряды врачей-практиков путем формирования центров здоровья, создавших серьезную конкуренцию частным практикам.
Кроме того, всячески поощрялось стремление врачей к получению специализации с целью нанесения удара по сплоченности медицинского корпуса и разрушения свойственного ему стремления к корпоратизму.
Было дано разрешение на создание такой ассоциации, как SOS-медицина, и ее небольших филиалов. Короче говоря, всячески поддерживался дух конкуренции с целью расчленения медицинского корпуса на ряд мелких объединений.
Какие же результаты можно наблюдать в результате всех этих преобразований в медицинской области?
Ответ можно дать легко: полная катастрофа, так как любая помощь оказывается бесполезной.
Оценка, данная Руфье еще в 1988 г. медицине как полуразложившемуся сектору, превзошла в наши дни все ожидания.


Просмотров: 1013
Рекомендуем почитать



Популярное на сайте
Попкорн вреден для здоровья Налет на языке Осторожно, соль отравлена! Чем опасно сыроедение, вегетарианство и фрукторианство? Чем опасна густая кровь и что надо делать Зачем "медицине" свежая плацента и пуповина наших детей?