Правда о медицине

ГМО, вакцинация, лекарства, медицина, опасная еда, курение, алкоголь, косметика,что нас убивают

Как помочь надпочечникам без медикаментов Балансируем гормоны - 4 природных способа Грандиозный МИФ о ГРИППЕ — правда от Марвы Оганян Печень — королева эмоций
Новости



Loading...
Подписываемся в нашу группу в ВК

Медицинская Правда
Подписаться письмом

ГМО-лобби и их противники: война проиграна?

Данная статья (часть 1) основана на информации Сергея Тармашева.

Список основных транснациональных компаний, производящих пластик, мало чем отличается от списка производителей ГМО: «БАСФ», «Дюпон», «Байер», «Доу Кемикал», конечно же «Монсанто», тесно связанная через свой аспартам и пластик с «Кока-Колой», и так далее... Одни и те же лица, одни и те же методы. Подкуп, утаивание научной информации, подтасовка фактов — споры вокруг безопасности бисфенола А, вещества, содержащегося в изделиях из пластика, не утихают точно так же, как вокруг ГМО. И могущественные бизнесмены планетарного масштаба не устают влиять на их результаты.

Стоило Канаде в сентябре 2010 года официально внести бисфенол А в список опасных химических веществ, как джентльмены из «Монсанто» развили бурную активность, пресекая посягательства на одно из своих детищ. Уже 30 сентября 2010 года EFSA (European Food Safety Authority) повторно признала использование бисфенола А для покрытия емкостей, контактирующих с напитками и продуктами питания, безопасным для человека. На всякий случай, для большей весомости, 13 ноября 2010 года бисфенол А признала безопасным ещё и Всемирная Организация Здравоохранения. Правда, 26 ноября 2010 года Еврокомиссия запретила кормить младенцев из бутылочек с бисфенолом А, но вряд ли это можно списать на вспышку совести у лобби ГМО. Просто ещё не всем на этой планете безразлично будущее собственных детей. Остальных, судя по решению Еврокомиссии, уже ничто не спасет, и потому и бисфенол А им не страшен.

Между тем вред бисфенола А в 2010 году для здоровья человека признало даже FDA (Управление по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными препаратами США). Причем оно отдельно отметило присутствие данного вещества во всех композитных стоматологических пломбировочных материалах, из которых бисфенол А под воздействием слюны особенно быстро попадает в кровоток человека. Причем для последнего губительны даже следовые количества бисфенола А. Из-за своей структурной схожести с женским половым гормоном эстрогеном он оказывает негативное влияние на мозг и репродуктивную систему, а также служит причиной ряда онкологических заболеваний, в частности: рака простаты, яичек, молочных желез. В этом же списке аутизм, деформация ДНК в сперматозоидах, угнетение эндокринной системы, задержка развития мозга, и наоборот, способствование развитию сахарного диабета, ожирения и сердечно-сосудистых заболеваний. Бисфенол А переходит из пластика в пищу как при нагреве, так и при длительном хранении пищевых продуктов в пластиковой таре. Опасен даже в очень малых количествах. Одним словом, ерунда, не стоящая внимания воротил транснационального бизнеса. Возможно, именно поэтому отдельные страны запрещают или пытаются запретить использование бисфенола А, но в общем и целом воз (и ВОЗ тоже) и ныне там. Девяносто пять процентов пластмассовых детских рожков до сих имеют в своем составе бисфенол А.

 Зарабатывать — так зарабатывать, зачем мелочиться… Подумаешь, какие-то дети или кто там ещё имеет все шансы стать инвалидом в процессе использования ядовитого пластика. Чем больше рынок сбыта, тем больше прибыль. Побочные эффекты предприимчивых мудрецов не интересуют. Для них вот этого мусорного айсберга размером с три Франции не существует.

 Развитые страны пытаются утилизировать свои отходы. Германия, Швейцария и Япония тут впереди планеты всей, они утилизируют девяносто процентов своих отходов. И при этом недовольны результатом, считая данный показатель слишком низким. Австрия и США до этого ещё не доросли, но объемы их утилизации колеблются в пределах пятидесяти-шестидесяти процентов.

 Россия самая большая по территории страна в мире, утилизирует аж целых пять процентов отходов, да и те в основном на страницах чиновничьих отчетов. На всю страну у нас жалкая горстка мусороперерабатывающих и одиннадцать мусоросжигающих заводов. А ещё есть тысяча четыреста санкционированных мусорных полигонов. Зато несанкционированных свалок, по самым скромным подсчетам, у нас порядка 22000! Площадь всех свалок России составляет более трех тысяч квадратных километров. Это две Москвы. И каждый год они увеличиваются на сто квадратных километров. Имеется 2,9 тыс. мест захоронения токсичных отходов общей площадью 11 тыс. га. И знаете, что это нам дает помимо эстетических терзаний? Воздух насыщается опасными газами — продуктами гниения: метаном, диоксидом углерода, радоном, там много чего есть! В грунтовые воды и в почву попадают тяжёлые металлы и целый спектр токсичных веществ! И всё это не просто плохо пахнет и некрасиво выглядит.

У людей, проживающих в пределах двух километров от свалок, риск врожденных дефектов возрастает со стандартного значения в один процент до восьми процентов. У тех, кто живет в зоне экологического влияния этих мусорных морей, а зоны эти, кстати, гораздо обширнее, чем считает обыватель, так как зависят от многих факторов: роза ветров, глубина залегания грунтовых вод, частота выпадения осадков, колебания суточных и сезонных температур и так далее, отмечены повышенные показатели заболевания различными формами рака, нарушений нервной системы, замедленного развития у детей. И, что особенно тревожно, нарушение репродуктивной функции у женщин, особенно часто отмечаются случаи преждевременных родов и мертворождаемости.

 После вступления в ВТО мы оказались на пороге трансгенной катастрофы. Ситуацию иначе, как угрожающей, не назовешь. Если вспомнить, как складывалась картина все эти годы, то радоваться нечему. Начнем со знаменитого «Принципа принятия мер предосторожности». Это концепция, нашедшая широкое отражение в международных договорах и многих национальных законодательствах. Суть её в том, что предотвращение экологического вреда считается золотым правилом, не важно, идет ли речь об экологических, экономических, политических или иных соображениях. Исправить его последствия, по меньшей мере, сложно, а во многих случаях ущерб является попросту необратимым, как это происходит в случаях с распространением ГМО, особенно неконтролируемым в результате переопыления и так далее. Даже если ущерб и может быть возмещен, зачастую стоимость восстановительных и реабилитационных работ этому мешает. Поэтому любое воздействие на окружающую среду предусматривает предварительную оценку и анализ рисков потенциальных последствий запланированной деятельности. Именно по результатам подобных оценок и должно приниматься решение о допустимости или недопустимости запланированной деятельности. Принятие подобного решения предполагает наличие достаточного объема научных знаний, требует четких научных доказательств, в особенности, когда оценки последствий различны.

 Однако иногда возникает особая ситуация, когда по обсуждаемой проблеме отсутствуют точные научные данные и единодушная позиция. Именно на такие случаи и рассчитана концепция «Принципа принятия мер предосторожности», изложенного в пункте 15 Декларации ООН по окружающей среде и развитию. Она гласит, что неопределенность в отношении потенциального экологического ущерба не является надлежащим основанием для того, чтобы воздерживаться от принятия мер предосторожности. Иными словами, он предписывает принятие превентивных мер в ситуации отсутствия точных научных данных. К тому же, тоже как будто случайно, не существует ни согласованного международного определения термина «отсутствие точных научных данных», ни общих правил или руководящих принципов, которые определяли бы степень их точности! В результате всякая заинтересованная сторона трактует эти вопросы по-своему, причем иногда совсем по-разному! В нашем российском законодательстве, имевшем отношение к проблематике ГМО, данный принцип вообще не нашел отражения, несмотря на то, что Россия подписала эту знаменитую Декларацию ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро ещё в 1992 году.

США и Россия не присоединились ни к Картахенскому протоколу по биобезопасности, ни к Орхусской конвенции, являющимся мощными регуляторами в области распространения ГМО и, самое главное, информации о них. Опыт Европы в этом вопросе нами также востребован не был. Отдельного единого органа, компетентного принимать решения по вопросам, связанным с безопасностью выращивания ГМ-культур и использования ГМО в пищу, в России не существует. Законодательства, регулирующего и подробно регламентирующего выпуск ГМО в окружающую среду, нет. Причем проект закона «О биобезопасности» давно был подготовлен экспертами, в том числе и нашими, но так и не был даже внесен на рассмотрение в Госдуму! Такое ощущение, что кто-то старательно оберегает трансгены от посягательств. В результате на российский продовольственный рынок бесконтрольно попадает множество продуктов с ГМ-компонентами.

До 2012 года в России государственное регулирование генно-инженерной деятельности определялось Федеральным Законом от 5 июля 1996 года № 86, а ввоз пищевой продукции, полученной из ГМ-источников, регулировался целой серией законодательных актов. Однако в действительности это давало нам не много. Требования обязательной маркировки продуктов ГМО в законе отсутствуют, что резко снижает его эффективность. И хотя предписывается обеспечение общедоступности сведений о безопасности генно-инженерной деятельности, но не имеется никаких конкретных требований о необходимости информирования населения о наличии в продукте ГМ-компонентов. Хорошо хоть была обязательная маркировка продуктов, содержащих ГМО в размере более 0,9 %, но это вовсе не означает, что немаркированный продукт не содержит ГМО. В нем трансгенов может быть, например, полпроцента. А люди, покупая его, будут уверены, что употребляют чистую пищу! А после вступления в ВТО все преграды на пути ГМО и вовсе рухнули, и трансгены хлынули к нам сплошным потоком!

Особенно показательно, как происходила ратификация вступления в ВТО. В 2012 году, летом, в разгар отпусков, чтобы поменьше будоражить общественное мнение. Тем же летом, за месяц, в Думе прошли парламентские слушания на тему «Законодательное регулирование оборота генетически модифицированных продуктов в Российской Федерации». Были заслушаны основные точки зрения на проблему, принадлежащие «заинтересованным» ведомствам, единодушно поддержавшим идею трансгенизации всей страны. Закончилось всё это вынесением нескольких рекомендаций, то есть, по сути, ничем. Более того, в рекомендациях, составленных по итогам слушаний, четко просматривается общее положительное отношение к ГМО. В итоговом документе прямо сказано, что, несмотря на отсутствие в России официального разрешения на высевание трансгенных растений, по данным Зернового Союза, предоставленным его президентом господином Злочевским, в Российской Федерации площадь засева только ГМ-кукурузы и ГМ-сои оценивается примерно в четыреста тысяч гектаров, не считая выращивания ГМ-картофеля и подсолнечника, а на Дальнем Востоке наблюдается проникновение ГМ-риса. Но никто не поторопился принять никаких мер, эта информация о прямом нарушении закона не вызвала ни бури, ни последствий. Незаконные ГМ-поля как существовали, так и продолжили существовать, да ещё и увеличиваться в размерах.

 Показательной является и позиция основных сторонников ГМО, ратующих за скорейшее снятие всех ограничений на трансгены. Господин Онищенко, будучи главным санитарным врачом страны, назвал производство ГМО растительного происхождения для пищевых и кормовых целей перспективным социально значимым направлением развития современной биотехнологии. По его мнению, о высокой эффективности и перспективности ГМО свидетельствует рост посевных площадей. Только в период с 1996 по 2010 год площади посевов ГМ-культур возросли в мире более чем в шестьдесят раз. Также он с гордостью поведал, что в 2010 году ГМ-культуры выращивались в 29 странах. В целом посевы ГМ-сои занимают 81 % от всех мировых посевных, занятых соей. Площади посевов ГМ-кукурузы — 30 % от мировых посевных кукурузы, ГМ-хлопка — 64 %, ГМ-рапса — 23 %.

 Ещё в 2001 году в Австралии на опытных полях были получены урожаи канолы (генно-модифицированный рапс) и рапса традиционного.

В результате канолы собрали при однократной обработке «Раундапом» 97,7 тонн с гектара, при двукратной обработке 105,5 тонн с гектара. При традиционной обработке, исключающей применение «Раундапа», канола дала 114,4 тонны с гектара. Трансгенный рапс принес с гектара 109 тонн, традиционный — 120 тонн. Не надо быть профессором математики, чтобы увидеть разницу. Не говоря уже о том, что расходы на «Раундап» не только сжирают всю экономию, которая должна была бы возникнуть вследствие отсутствия необходимости рутинной борьбы с сорняками. Более того, эти расходы превышают традиционные затраты, причем с каждым годом все выше, так как устойчивость сорняков к «Раундапу» растет. А вместе с ней растет и количество гербицида, необходимого для эффективного удобрения полей. За десять лет аграрии были вынуждены увеличить дозы химикатов в восемьдесят, а в отдельных случаях и в сто раз! Пахотные площади постоянно растут, но почему-то мир до сих пор не накормлен, да и с урожаями что-то не очень! Где же тут экономия и в чем эффективность?

Но господин Онищенко, похоже, обошел данные факты своим вниманием и настойчиво предлагает формировать позитивный имидж ГМО в обществе, создавать российские ГМО и широко внедрять трансгены в агропромышленный сектор России. Ему вторит множество соратников по ГМ-лобби, например господин Тутельян, руководящий Институтом Питания РАМН, который, наоборот, должен защищать граждан своей страны от потенциально опасных продуктов, безвредность которых не доказана мировой наукой, и это общеизвестный факт. В той же когорте академик Скрябин, директор Центра «Биоинженерия» РАН, где разрабатываются отечественные ГМО, профессор Гапоненко, заведующий лабораторией Трансгенных культур Института Биологии и Развития РАН, и другие. Их очень немало, и все в один голос утверждают, что ГМО чуть ли не панацея от всего на свете: и от голода спасет, и здоровье укрепит, хотя четких и исчерпывающих научных доказательств подобного в мире не существует. Эта довольно своеобразная позиция заставляет задуматься об их мотивах.

Зерновой Союз, один из наиболее активных ГМО-лоббистов

На заседаний Общественного Совета по Техническим Регламентам в Области Безопасности Зерновой союз представлял технический регламент по трансгенным растениям. Зерновой Союз создавался на деньги США.

— Профессор Гапоненко — это доктор биологических наук, в июне 2012 года на передаче «Мозговой штурм» на ТВЦ Третий канал заявил, что человек и пшеница родственники …

Подготовка к вступлению в ВТО формально началась с 2006 года, когда 19 ноября министр торговли и экономики Греф подписал двустороннее соглашение между Россией и США о вступлении в ВТО с торговым представителем США Сьюзан Шваб. Одновременно было подписано и «обменное письмо» по вопросам регулирования современных сельскохозяйственных биотехнологий. Как известно, закона, запрещающего создание и выращивание ГМ-культур в России, у нас нет. Но есть процедура получения разрешения на эти действия, без которого данная деятельность невозможна. Эта процедура включает в себя ряд условий, в том числе предварительные испытания научным сообществом спорных культур, проверку на биологическую и экологическую безопасность и так далее. Завершающим этапом этих мероприятий является заключение Государственной Экологической Экспертизы, которая, собственно, и принимает решение о допуске либо запрете рассматриваемого образца.

Первое, что потребовали от нас после вступления в ВТО, это отмены в отношении ГМО Государственной Экологической Экспертизы.

В «обменном письме» сразу оговаривалась необходимость уже к 15 ноября этого же года зарегистрировать все линии ГМ-культур, заявки на регистрацию которых были поданы и в отношении которых имеется положительное заключение по оценке риска. Ежегодно российская сторона должна будет проводить консультации с американской стороной по вопросам продления срока регистрации трансгенных продуктов. Система регулирования в сфере биобезопасности и маркировки, то есть новые законы, технические регламенты и прочее, будет создаваться при согласовании с американской стороной, которая сможет вносить свои замечания даже на стадии реализации норм, эти замечания российская сторона обязана будет учитывать. Также стороны обязались в течение ста двадцати дней со дня подписания соглашения создать консультационный механизм для обсуждения вопросов развития системы регулирования сельскохозяйственной биотехнологии.

По сути, уже тогда это означало, что, вступив в ВТО, Россия попадет под беспрецедентное давление со стороны США. Список ГМ-продуктов, зарегистрированных для употребления в пищу, значительно расширится. Будут предприниматься активные действия по ликвидации механизмов, препятствующих высадке ГМ-растений на территории России. А также по отмене либо серьезному ограничению действия статьи закона «О защите прав потребителей», которая предусматривает обязательную маркировку продуктов питания, содержащих ГМО. Подписав это «обменное письмо», российская сторона фактически приняла механизм прямого лоббирования интересов США в области регулирования ГМО. Едва ли не все пункты подписанного «обменного письма» предоставляют американской стороне широкие возможности влиять на существующую систему регулирования ГМО в нашей стране.

 Но действовать транснациональные магнаты начали загодя, параллельно продвигая в нашей стране свои интересы.

В 2004 году убрали Торговую Инспекцию, государственный контролирующий орган, следивший за соответствием пищевых товаров положениям документации о сертификации, биобезопасности и ветеринарным нормам.

Позже были отменены ГОСТы на пищевую продукцию, которые строго регламентировали состав и содержание каждого продукта. Взамен ввели довольно невнятные Технические Условия, которые разрабатываются самими производителями. Сделано это якобы для экономии издержек производителей. Которые теперь могут, извините, пихать в свою продукцию всё, что вздумается.

Далее оказалась упразднена Хлебная Инспекция, в обязанности которой входил контроль качества хлебопродуктов, муки, зерна и тому подобного. Проверка на биобезопасность, микротоксины, отслеживание микропоказателей, качества упаковки, транспортировки и так далее.

 В 2010 году отменена обязательная сертификация продовольственной продукции на безопасность. Помимо этого, в Москве закрывается МосГИК — Московская Государственная Инспекция Качества, независимая структура, подчинявшаяся лично мэру, отвечавшая за контроль качества пищевой продукции. Также в столице была отменена обязательная маркировка продукции «Не содержит ГМО» и закрыты шестнадцать лабораторий контроля за ГМО. И это очень показательно, так как примеру Москвы следовали многие российские регионы, и после изменений в столице их инициатива в области заботы о биобезопасности быстро угасает. Что интересно, — деньги, ранее выделявшиеся на работу этих шестнадцати закрытых лабораторий, а это пятьдесят миллионов рублей ежегодно, были перенаправлены на благоустройство кладбищ. И в этом заключается не только ирония. Кладбища действительно требуют расширения, для захоронения не хватает места. А ведь это не случайно. Тела умерших стали разлагаться гораздо медленнее. Это результат высокого содержания в них консервантов и прочей пищевой химии, обильно попадающих в организм живого человека с современной пищей. В результате бактерии оказываются не в состоянии справиться с процессом разложения трупа. В природе всё взаимосвязано, и бездумное вмешательство в её законы не проходит бесследно. Рано или поздно за все придется расплачиваться.

Расплачиваться придется нашим внукам и правнукам, особенно теперь, после того как в 2013 году Россия, подчиняясь требованиям ВТО, разрешила высевание ГМ-культур и работу с ГМ-животными, одобрила промышленное производство ГМО, упразднила в отношении трансгенов Государственную Экологическую Экспертизу и отменила даже ту до смешного минимальную маркировку продуктов, что у нас была. Даже 0,9 % ГМО в пищевом продукте — это запредельно много. Теперь контролем за биобезопасностью трансгенов занимаются научные институты, кормящиеся с ладони ГМ-лобби.

Ещё 6 мая 2007 года на конференции Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО), что проходила в Риме, было заявлено, что крупномасштабный переход мирового сельского хозяйства с индустриальных технологий на органические может не только остановить голод, но и улучшить состояние окружающей среды. Исследователи привели конкретные факты и цифры: на планете в тот момент производилось индустриальными технологиями продовольствия в количестве 2,786 килокалории на каждого человека в день. Если перевести мировое сельское хозяйство на органические технологии, то вполне достижима цифра в 4,381 килокалории. Ученые подчеркнули, что исследования были посвящены экономическим составляющим проблемы без учета политики и интересов продовольственных магнатов.

Тут необходимо добавить, что эти самые магнаты с органическим сельским хозяйством усиленно борются, ведь это конкурент, который ещё и успешно развивается. Во всем мире органические продукты ценятся выше других, их популярность растет, за последние десять лет мировые продажи органической продукции выросли в десятки раз. В 2006 году в Европе 10 % всех сельхозземель были заняты под органические культуры, их высевали в ста двадцати странах мира, и совокупная рыночная стоимость органических продуктов в мировом масштабе составила порядка сорока миллиардов долларов. Причем основной спрос на них был зафиксирован в Европе и Северной Америке. А последняя, как известно, является вотчиной ГМ-лобби. Поэтому владельцы и сторонники ГМО ведут непримиримую войну с органической конкуренцией, объявляя её неэффективной, слишком дорогостоящей и не способной решить растущую проблему голода в мире.

Кстати, не лишне отметить, что в 2008 году был представлен доклад ФАО о состоянии мирового сельскохозяйственного производства. В нем отмечается, что за последние пятьдесят лет объемы сельскохозяйственного производства были значительно увеличены, однако его методы больно ударили по мелким производителям и нанесли значительный ущерб окружающей среде. В докладе говорится, что использование биотехнологий не является панацеей. В ряде регионов ГМО позволило увеличить урожайность некоторых культур на 10–33 %, в других она резко снизилась. При этом традиционные технологии, включая те, которые не предполагают использование удобрений, даже в 80-е годы давали прирост урожая до 33 % в частности по такой культуре, как пшеница. Авторы прямо указывают, что внедрение ГМО привело к концентрации сельскохозяйственных ресурсов в одних руках, тогда как для борьбы с голодом необходимо обеспечить доступ к этим ресурсам различным слоям населения. По мнению ООН, необходимо также поддерживать другие направления, а не делать акцент только на биотехнологии, то есть ГМО. Эксперты утверждают, что необходимо уделять больше внимания селекции и экологически чистому сельскохозяйственному производству. Отдельно в документе обсуждался вопрос патентования трансгенов, которое только усугубляет существующие проблемы, способствует росту стоимости зерна и фактически уничтожает традиции сохранения семян на следующий год. Говорится в докладе и о распространении трансгенов на поля традиционных и органических фермеров, которые в результате несут дополнительные убытки, выплачивая компаниям за использование их интеллектуальной собственности. Доклад подготовлен в рамках программы «Международная оценка сельскохозяйственной науки и техники для развития». Он стал результатом трехлетней работы около четырехсот ученых, правительств, представителей гражданского общества и частного сектора.

Авторы доклада рекомендовали срочно изменить правила сельскохозяйственной деятельности, отмечая, что доходы, полученные от сельскохозяйственного производства, распределяются неравномерно. Кроме того, прогресс в сельскохозяйственной сфере сопровождался негативным влиянием на окружающую среду. Исходя из этого, эксперты призвали государства больше внимания уделять вопросам защиты природных ресурсов и так называемым «агроэкологическим» методам ведения сельского хозяйства. Они рекомендуют применять натуральные удобрения и возродить традиционные способы хозяйствования, а также обеспечить прямой доступ мелких производителей к потребителям. ФАО подчеркивает, что все эти вопросы требуют срочного решения. Ведь с марта 2007 года цены на сою и пшеницу выросли соответственно на 87 % и 130 %, тогда как мировые запасы зерновых находятся на крайне низком уровне. Цены на рис, кукурузу и пшеницу будут и дальше расти за счет повышенного спроса, в частности в Китае и Индии, а также вследствие использования этих продуктов в качестве биотоплива. Уже сейчас 35 % земель во всем мире серьезно повреждены в результате сельскохозяйственной деятельности. Специалисты заявили, что в Северной Америке и в Европе заметно повысилось количество научных исследований в области сельскохозяйственного производства, финансируемых из частных фондов, что существенно повлияло на их направленность. В результате крупные мультинациональные корпорации оказывают сегодня огромное влияние на развитие сельскохозяйственной науки и ее приоритеты.

Я уже не говорю о прямом вреде здоровью человека, наносимом гербицидами! Ещё в 2010 году группа ученых из Лаборатории молекулярной эмбриологии Университета Медицинской Школы Буэнос-Айреса, что в Аргентине, провела серьезные исследования.

Они были связаны с тем, что после начала массового выращивания трансгенной сои в Аргентине, в провинциях, где непосредственно происходит высевание ГМ-культур, внутриутробные пороки развития у детей стали неуклонно расти. Проведенное исследование подтвердило, что проблемы со здоровьем младенцев в стране связаны с влиянием химиката глифосат, являющегося основным компонентом монсантовского «Раундапа», которым поливают трансгенную сою. Руководитель научной группы профессор Андрес Карраско заявил об этом на прошедшей с 16 по 18 сентября в Брюсселе в Европейском Парламенте 6-й Конференции регионов, свободных от ГМО. Научной основой такого заявления послужили данные экспериментов на эмбрионах животных. Специалисты в области молекулярной эмбриологии пришли к выводу о необходимости этого исследования после получения данных о высоком уровне врожденных дефектов в сельских регионах Аргентины, в частности, провинции Санта-Фе, где выращивается ГМ-соя компании «Монсанто». «Данные, полученные в лаборатории, сопоставимы с информацией о внутриутробных аномалиях у людей, которые все чаще стали возникать с 2002 года, когда был получен первый урожай трансгенной сои, — заявил тогда Карраско. — Моя работа даже не так важна, как опыт людей, реально пострадавших от использования „Раундапа“. Они являются неоспоримым доказательством моей правоты».

Класс опасности «Раундапа» явно занижен. Ведь основной целью генной модификации более семидесяти процентов ГМ-растений является именно устойчивость к глифосату. Поля не просто обильно поливаются этим химикатом, с каждым годом сорняки становятся всё устойчивее к «Раундапу», и дозы химикатов повышаются в разы. Остаточное количество глифосата остается в растениях и попадает в пищу человеку. И потому компаниям-разработчикам выгодно максимальное увеличение порога допустимой концентрации гербицидов в растениях, так как это позволяет им продать фермерам больше гербицидов и трансгенных культур. В Европейском Союзе после внедрения трансгенных культур этот показатель подняли до 20 мг/кг. Ранее эта цифра равнялась 0,15 мг/кг. Такое же увеличение предельно допустимых норм произошло до этого в США после выдачи разрешения на выращивание первой трансгенной культуры, устойчивой к «Раундапу». У нас в России до вступления в ВТО концентрация глифосата в продуктах оставалась на максимально допустимом уровне в 0,15 мг/кг.

ОАГБ делает всё, дабы доказать вред ГМО, но возможности ограничены. Несмотря на это, ОАГБ регулярно проводятся научные эксперименты. Эксперимент на базе Института проблем экологии и эволюции совместно с Институтом биологии развития: изучалось влияние ГМ-кормов на животных? Эксперимент проводился с августа 2008 года по май 2010 года? Получили сразу две печальные картины. Первая заключалась в том, что животные, получавшие трансгенные корма, показали ярко выраженное отставание роста и развития в череде поколений, угнетение развития репродуктивной способности как у самцов, так и у самок, нарушение соотношения полов в выводках с увеличением доли самок и уменьшение числа детенышей в помете, вплоть до появления стерильных особей. Вторая же картина проста: на ОАГБ, как обычно, сначала вылили ушат помоев и критики, а после попытались проигнорировать результаты эксперимента. Хотя параллели между смешными хомячками и людьми провести совсем не так сложно, как может показаться: преобладание доли самок в популяции, как у хомяков, так и у людей, это один из признаков того, что популяция гибнет и природа пытается увеличить таким образом количество потенциальных матерей, чтобы восстановить численность популяции. Это известный любому биологу закон. И если посмотреть на человечество в целом, и на нашу страну в частности, то выводы можно сделать и не будучи ученым! В то время как во всем мире в целом мужчин больше, чем женщин, ориентировочно на тридцать миллионов человек, в России на каждую сотню женщин приходится восемьдесят пять мужчин. В реальных цифрах это выражается так: десять миллионов женщин у нас никогда не смогут образовать семью. Им попросту не хватит партнеров. Но, по мнению сторонников ГМО, их трансгены и пестициды тут, разумеется, совершенно ни при чем. Наверное, это случайно произошло! Так, знаете ли, само по себе!

Самое знаменитое исследование французских ученых из Университета Каена под руководством известного во всем мире специалиста Жиля Эрика Сералини, обнародованном 19 сентября 2012 года.

Это был широкомасштабный проект! В исследовании участвовало 200 крыс, оно продолжалось 24 месяца. Ранее столь длительных исследований в мире не проводилось. Эксперимент по скармливанию животным трансгенной кукурузы, устойчивой к гербициду «Раундап», от компании «Монсанто» привел к разрушению почек, печени, образованию опухолей размером с шарик для пинг-понга и преждевременной гибели. И это та самая ГМ-кукуруза, которой питается Евросоюз вот уже в течение двадцати лет! Есть ли смысл удивляться падению общего уровня здоровья в мире?!

Вдумайтесь в эти результаты! От ГМО у млекопитающих разрушаются основные органы, они умирают! По элементарной логике трансгены вообще необходимо полностью запретить!

У европейских биологов гораздо больше рычагов противостояния ГМО. Их страны подписали и Картахенский протокол, и Орхусскую конвенцию. Это дает им право требовать от правительств соблюдения их основных положений. Ведь Орхусская конвенция недаром называется «О доступе к информации, участию общественности в принятии решений и доступе к правосудию по вопросам, касающимся окружающей среды». Она дает государственные гарантии участия общественности в процессах принятия решений об использовании ГМО и о преднамеренном высвобождении трансгенов в окружающую среду. У нас этого нет.

А вот, например, в Норвегии ещё с 1993 года действует закон о ГМО.

Важное место в нем занимают вопросы оценки рисков, связанных с генной инженерией и преднамеренным выращиванием трансгенов. Общественность там имеет доступ к принятию решений по выдаче разрешений на использование ГМО практически на всех стадиях. Тексты всех документов до принятия вывешиваются в Интернете, и любой представитель общественности может оставить свой комментарий, его обязана рассмотреть специальная комиссия. Если комиссия не согласна с комментарием, должен быть представлен аргументированный ответ.

В Канаде теперь по закону компания, инициирующая проект, который может иметь влияние на окружающую среду, обязана финансировать контрисследования влияний этого проекта.

В Сербии Государственный закон о биобезопасности вообще крайне категоричен. ГМО в стране запрещено. Сельхоз угодья регулярно проверяются, и в случае обнаружения даже одного ГМ-растения всё поле выжигается. При этом виновнику грозит штраф в размере порядка ста тысяч евро или лишение свободы на срок до двух лет. В результате выращиваемая в Сербии соя одна из немногих чистых линий этого растения, ещё сохранившихся в мире.

Когда в Россию приезжал Перси Шмайзер, он читал лекцию в Тимирязевской сельскохозяйственной Академии, а слушатели никак не могли понять, почему он все время твердит, что «селекция сои и рапса в Канаде более невозможна в принципе»! Известный канадский фермер, лауреат Альтернативной Нобелевской премии, предостерегал россиян от трансгенов ещё в мае 2008 года. Он рассказал, что принесли ГМ-культуры его стране. С их внедрением количество химикатов, используемых в одной только его провинции Саскачеван, увеличилось в пятнадцать раз. Кривая заболеваемости тяжелыми недугами фермеров и сельских жителей резко скакнула вверх. Жена самого фермера и все её подруги перенесли рак молочной железы, и Шмайзер решил сражаться с ГМ-лобби, пусть даже и в одиночку. Именно он стал единственным в мире, кто не сдался, не подписал кабальное «мировое» соглашение с «Монсанто», а, в конечном счете, даже сумел выиграть процесс против гигантской корпорации за загрязнение его поля трансгенными культурами — собственностью «Монсанто». Вот только Канаде это уже мало чем помогло.

С 1996 года в Канаде выращиваются трансгенные соя, кукуруза, хлопчатник и рапс, по большей части это культуры, имеющие внедренный ген устойчивости к химикатам. Эта страна является одним из трех крупнейших производителей ГМ-культур в мире. Когда граждане и правительство Канады увидели, чем обернулось для них поспешное внедрение этих культур, власти отказали биотехнологическим компаниям в регистрации новых. Они также отказались от использования в Канаде технологии «Терминатор», делающей стерильными семена диких и культурных родственников трансгенных, что происходит в результате переопыления. Однако было уже поздно. Результаты оказались более чем удручающими:

— Гигантское увеличение использования химикатов, применение которых возросло в пятнадцать раз, и, соответственно, возросло количество их следов, попадающих людям в пищу.

— Это произошло вследствие появления «суперсорняков», в особенности родственников рапса и самого культурного рапса, которые получили путем переопыления сразу несколько трансгенов и стали устойчивыми одновременно к нескольким химикатам разных компаний. Причем от поколения к поколению устойчивость только растет. Теперь для уничтожения суперсорняков требуются гораздо более токсичные химикаты, состоящие на 50 процентов из того самого «Агента „Оранж“», в 60-е годы убившего десятки тысяч людей во время войны во Вьетнаме.

— На сегодняшний день в Канаде не осталось ни одного участка, где можно было бы найти чистые (натуральные) рапс и сою, все они имеют трансгены и стали собственностью транснациональных корпораций. Так как, согласно патентному праву, неважно, каким образом произошло распространение трансгенов на обычные растения, если они имеют чужеродный ген, запатентованный корпорацией, это ее собственность. Даже если привезти новые семена рапса из другой страны, через год растения станут трансгенными и никто ничего не сможет с этим поделать. Поэтому селекция традиционного или экологически чистого рапса в Канаде больше невозможна. В силу этих же причин большая часть канадского меда тоже загрязнена трансгенами.

— В последние годы счета фермеров и сельских жителей за медицинское обслуживание выросли в четыре раза. И это не потому, что услуги врачей стали дороже, а в силу ухудшения здоровья людей. «Две из четырех женщин в моей провинции имеют рак груди, двое из четырех мужчин — рак простаты. Увеличилось и количество раковых заболеваний у детей. Их уже фиксируют даже у младенцев», — рассказывал Шмайзер. В аграрной провинции Саскачеван, где находится его ферма, используется треть всех химикатов, применяемых в Канаде. Он связывает все эти проблемы с внедрением ГМО и повышенным использованием химикатов, так как за последние двенадцать лет это единственное изменение, произошедшее в жизни его народа. При этом урожайность ГМ-культур, вопреки обещаниям корпораций, оказалась даже ниже обычных.

Сам Шмайзер прямо заявляет, что биотехнологические корпорации не только уничтожают сельское хозяйство и производство меда в Канаде. Они подрывают здоровье, экономику, загрязняют среду ради собственной прибыли. Кроме этого, путем распространения запатентованных трансгенов они приобретают контроль над продовольственными ресурсами планеты. Само существование права собственности на живые организмы — неважно, растения это или человек, — недопустимо. ГМ-корпорации становятся хозяевами всего живого. Генетическое загрязнение невозможно остановить. И если в России начнется выращивание трансгенных культур, пути назад уже не будет.

Наша страна ускоренными темпами стремится превратиться в трансгенную помойку. Впрочем, за границей тоже совсем не всё хорошо. На саммите европейских регионов, свободных от ГМО, представители большинства стран констатировали, что многие государства в лучшем случае только декларируют «особое отношение» к ГМО, но реальных процедур не проводят. Все движения осуществляются на муниципальном уровне, как только дело доходит до вышестоящих инстанций, картина становится далеко не такой радужной. Судебные практики находятся под мощным давлением ГМ-лобби, и чаще всего транснациональным биотехнологическим компаниям удается либо выиграть, либо замять дело.

Один из ярких примеров: в Южной Африке общественная организация Biowatch вела судебный процессе против «Монсанто». Когда процесс на 90 % бы выигран экологами, суд внезапно обязал общественную организацию выплатить судебные расходы — несколько сотен тысяч евро, что, естественно, парализовало деятельность этой организации и дальнейшее ведение дела. И подобные случаи не единичны.

Во Франции вообще изъяли из открытого доступа информацию о местах расположения полей с трансгенами. Фермеры устроили протесты, что не удивительно, ведь без этих данных никто не в состоянии обезопасить свой урожай от генетического загрязнения. Так как неизвестно, что растет на соседнем поле. Люди подчас настолько возмущены безнаказанностью ГМ-корпораций, что решаются на отчаянные шаги. В Европе всё чаще и чаще активисты борьбы с ГМО уничтожают поля с трансгенными растениями.

В странах ЕС к выращиванию разрешена только трансгенная кукуруза, она возделывается в Испании, Германии, Франции, Португалии и Чехии, в основном это сорта, устойчивые к вредителям. Испания сегодня является лидером в Европе по выращиванию ГМ-культур, трансгенная кукуруза там выращивается с 1998 года в провинциях Каталония и Арагон: она занимает площадь в шестьдесят тысяч гектаров, что составляет 12,5 % от всех площадей, занятых под эту культуру в стране. Выращивание и испытания трансгенных культур в стране продолжаются, несмотря на протесты испанских фермеров и требования общественности прекратить генетическое загрязнение и несоблюдение директив ЕС по предоставлению информации о ГМО. Ведь за доказательствами вреда «Раундапа» далеко ходить не приходится.

В 2012 году премию Голдмана, так называемый «Экологический Нобель», получила аргентинка София Гатика, мать троих детей, за борьбу с «Монсанто»

Всё началось с того, что тринадцать лет назад её новорожденная дочь погибла, не прожив и трех дней. Наиболее вероятной причиной ее смерти было названо загрязнение пестицидами района, в котором она проживает. Химикаты уже почти пятнадцать лет массированно распыляются над полями с ГМ-культурами, которым при помощи генной инженерии был придан признак устойчивости к гербициду глифосат от компании «Монсанто». Как известно, Аргентина является одной из пяти стран-лидеров по выращиванию ГМО в мире, в частности ГМ-сои. После потери дочки София Гатика не опустила руки и стала выяснять, что могло ее убить. Она организовала общественное объединение «Матери Итусаинго», в которое первоначально вошли шестнадцать женщин. Они начали последовательно опрашивать соседей о проблемах со здоровьем. Оказалось, что в рабочем районе города Итусаинго, где она живет, случаи ранней младенческой и внутриутробной смертей с конца 1990-х годов резко возросли. Женщины также нашли и обнародовали информацию о том, что жители этого города и окрестностей болеют онкологическими заболеваниями в сорок один раз чаще, чем в среднем по стране. И это только официальная статистика, среди тех, чей диагноз был подтвержден. Кроме того, выросло количество неврологических и респираторных заболеваний.

«Монсанто», как обычно, отрицала связь этих проблем с гербицидом глифосат, хотя ежегодно в Аргентине на полях с трансгенной соей распыляется более пятидесяти миллионов галлонов пестицидов, в основном это глифосат от «Монсанто» и китайский инсектицид эндосульфан. В 2008 году научное исследование, проведенное аргентинскими учеными по заказу Министерства здравоохранения после выхода соответствующего Указа президента страны, показало, что даже небольшие концентрации глифосата в окружающей среде вредны для людей и что проблемы со здоровьем населения сельских регионов, где распыляются химикаты, связаны с этим гербицидом. Опасность же эндосульфана и ранее уже была признана специалистами, но индустрия не спешила отказываться от этого вещества. ГМ-лобби в погоне за прибылями любой ценой пошли даже на прямые угрозы расправы. В дом Гатики проникали вооруженные люди и требовали прекратить её деятельность. Но София и ее коллеги добились принятия регионального указа о запрете распыления с воздуха сельскохозяйственных химикатов на расстоянии ближе, чем два с половиной километра от жилых домов. Совместно с кампанией «Остановить распыление» они требуют распространения этого запрета на всю страну. Также они добились полного запрета на использование эндосульфана с 2013 года и намерены остановить использование глифосата. Требуют они и введения государственных норм на использование обычных сельскохозяйственных химикатов: распыление можно проводить не только на безопасном расстоянии от жилых домов, но и от водозаборов. Кроме того, Верховный Суд Аргентины по иску Софии Гатики и ее организации обязал компании доказывать безопасность используемых химикатов, а не требовать от пострадавших искать подтверждения связи их проблем с влиянием пестицидов.

Компания «Монсанто», существует вот уже более ста десяти лет, и с каждым годом мрак тайны вокруг неё сгущается всё сильнее. Компанию основал в 1901 году некто Джон Куини. Откуда он взялся — ещё та история, полная противоречивых данных. Деньги на создание бизнеса он получил у некоего чикагского производителя прохладительных напитков, и то немногое, что известно об этой договоренности, вызывает лишь новые вопросы. Компания стала поистине волшебной с первого дня своего основания. Никаких падений, один нескончаемый взлёт.

В 1901 году Куини создавал компанию с невинной с виду целью — производство сахарина. При этом происхождение его формулы весьма туманно: то ли Куини, скажем так, позаимствовал её где-то у прежнего работодателя, то ли изобрел сам.

Уже в 1920 году «Монсанто» приступает к производству серной кислоты и других химикатов, в числе которых полихлорированные бифенилы — печально известные ПХБ. Позже выяснилось, что они подрывают репродуктивное здоровье, вызывают нарушение развития у детей и иммунные проблемы. Последующие годы компания успешно занималась этой деятельностью.

В 1940 году «Монсанто» приступает к производству синтетических тканей и пластика и с тех пор и по сей день прочно входит в десятку крупнейших его производителей в США.

В 1960 годах компания создает подразделения по производству гербицидов. С 1962 по 1971 год «Монсанто» является главной компанией-поставщиком в армию США знаменитого гербицида «Агент „Оранж“», использованного во время войны во Вьетнаме. Пострадали тысячи людей, в том числе и американские ветераны, заработавшие онкологические заболевания, но «Монсанто» всё сошло с рук. Впрочем, ладно, то была война, допустим, что это уважительная причина, в конце концов, в 1987 году «Монсанто» всё-таки была названа одним из ответчиков по делу о выплате ста восьмидесяти миллионов долларов ветеранам войны во Вьетнаме, подвергшимся воздействию «Агента „Оранж“». Заплатили, да и ладно, спишем на войну, она всё стерпит. Но дальше становится ещё интереснее.

В 1976 году «Монсанто» успешно коммерциализирует гербицид собственного производства «RaundUp», который быстро становится самым продаваемым химикатом в мире. В этом же году компанией начато производство изделий «Cycle-Safe» — первых в мире пластиковых бутылок для безалкогольных напитков. После того как выяснилось, что использование этих бутылок может вызывать рак, Управление питания и лекарственных препаратов США запретило их производство. И всё. Никто не заставил «Монсанто» отвечать за смертельно опасную продукцию.

1982 год ознаменовался переселением двух тысяч жителей из местечка Таймс Бич в Миссури после обнаружения загрязнения территории диоксинами, соединениями, образующимися при производстве тех самых ПХБ. Источником проблемы называли стоящий в тех краях химический комбинат, принадлежащий «Монсанто», но компания отрицала всякую связь загрязнения со своим производством и, как всегда легко, избежала серьезной ответственности.

В 1986 году компании все-таки пришлось ответить по иску о халатности, приведшей к смертельному отравлению бензолом рабочего на своей фабрике «Chocolate Bayou Plant» в Техасе. «Монсанто» была вынуждена выплатить сто миллионов долларов семье Уилбора Джека Скина, умершего от лейкемии, вызванной многократным воздействием этого вещества. Сумма одновременно огромная для любого человека и совсем не столь обременительная для «Монсанто», как может показаться. Как обычно, этим все и закончилось, если не считать мизерных трат компании суммой всего лишь пятьдесят тысяч долларов на противодействие принятию закона, запрещающего сбросы химикатов, вызывающих онкологические заболевания и пороки развития, в источники питьевой воды.

Уже через два года, в 1988-м, дочерняя компания «Монсанто», носящая название «G.D. Searle & Со», обвиняется Федеральным судом присяжных в халатности. Которая была допущена при проведении исследований на безопасность, — Генерал едва заметно усмехнулся. Это давно уже стало визитной карточкой загадочных джентльменов — ошибка при исследовании на безопасность. В тот раз речь шла об опасности внутриматочной спирали их производства, которая была поставлена почти десяти миллионам женщин с 1974 по 1986 год.

В 1990 году Агентство по охране окружающей среды США выявило фальсификации в исследованиях «Монсанто» 1979 года о том, что загрязнение диоксинами не приводит к риску возникновения онкологических заболеваний. Разумеется, и это сошло «Монсанто» с рук, зато сама компания выводы сделала. И в этом же году потратила более четырехсот тысяч долларов на борьбу против законопроекта, известного как «Большая Зеленая Инициатива». Он был направлен на поэтапное сокращение использования пестицидов, в том числе производимого «Монсанто» алахлора, вызывающего онкологические заболевания и заодно способствующего потеплению климата.

В 1991 году компанию все-таки оштрафовали за попытку сокрытия слива отходов в воды реки Мистик, штат Коннектикут. Оштрафовали аж на целых миллион двести долларов. Несомненно, «Монсанто» дрожала в этот момент. Только лучше не уточнять от чего именно, от страха или от смеха.

В 1994 году «Монсанто» получает разрешение на свой первый биотехнологический продукт для использования в молочном животноводстве — трансгенный бычий гормон роста «Posilac».

В 1995 году компании вновь сурово пригрозили пальчиком. Сначала сделали ответчиком по иску за предоставление предположительно радиоактивного железа для проведения, мягко говоря, весьма неоднозначного исследования среди более восьмисот женщин, которые получали его во время беременности. Потом заставили выплатить сорок один миллион долларов компании по переработке отходов в Техасе, чтобы те уничтожили токсичную свалку, вызвавшую опасения у общественности. При этом никто особо не смутился тем фактом, что препарат для уничтожения сорной газонной травы от «Монсанто», название «Weed-B-Gon», содержит канцероген 2,4D. Это искусственно созданный фитогормон, основной компонент того самого «Агента „Оранж“».

Зато сама «Монсанто» уже в 1996 году проводит внедрение первых трансгенных культур сои, устойчивой к «Раундапу», и хлопчатника, убивающего вредителей.

Через год, в 1997-м, на фоне многочисленных судебных исков, подающихся на компанию в связи с загрязнением, образующимся из-за работы её предприятий, «Монсанто» образовывает дочернюю компанию «Solutia». Дочке, предназначенной принимать на себя удары недовольных, велят заниматься производством промышленных химикатов, сама же «Монсанто» внедряет новые ГМО: рапс, новые сорта ГМ-хлопчатника, кукурузу. Попутно скупая ключевые семенные компании для устранения конкуренции.

В 1998 году проходит внедрение печально знаменитой в Латинской Америке ГМ-кукурузы, устойчивой к «Раундапу».

В 2000–2002 годах «Монсанто» «объединяется» с компанией «Pharmacia & Upjohn Inc.» и формально разделяет химический и сельскохозяйственный бизнес. Теперь «Монсанто» занимается исключительно агробизнесом. С этого момента экспансия компании «во весь мир» резко усиливается.

В феврале 2002 года происходит интересное событие. Решением суда штата Алабама «Монсанто» признана виновной в шести различных нарушениях: халатности, пренебрежении законодательными нормами, утаивании информации, создании опасной ситуации, злоупотреблении и произволе. Суть проблемы: в 1966 году сотрудниками «Монсанто» были выявлены факты мгновенной гибели рыбы, выловленной в местной речке. Из рыбы хлестала кровь, а чешуя слезала с нее так, будто ее опустили в кипяток. В 1969 году они выловили из другой речушки рыбу, содержание ПХБ в которой превышало допустимое в 7,5 тысяч раз. Но об этом никто не узнал, так как компания решила, что «объект обойдется очень дорого, если резко ограничить сбросы, а мы не можем позволить себе потерять ни одного доллара». Документы, предоставленные суду, подтверждают, что в «Монсанто» знали об опасности, которой подвергаются жители городка, но они продолжали отравлять окрестности ПХБ, не желая терять прибыли. Интересность данного события заключается в вердикте суда, в котором говорилось, что «Монсанто» «грубо нарушила закон, эти нарушения настолько велики, что выходят за все возможные границы порядочности, являются зверскими и совершенно неприемлемыми в цивилизованном обществе», при этом компания продолжает жить и здравствовать.

В 2003 году по иску двадцати тысяч жителей города Эннистон, штат Алабама, решением присяжных «Монсанто» признано несущим ответственность за загрязнение земли и воды ПХБ. «Монсанто» и «Solutia» соглашаются выплатить по исковому заявлению шестьсот миллионов долларов. В том же году «Solutia» объявляется банкротом, что благополучно позволяет осуществить схему под нехитрым русским названием «концы в воду».

Такие незначительные издержки для «Монсанто» не более чем мелкие текущие неурядицы, и уже в следующем, 2004 году, компания создает холдинг «American Seeds» для ведения бизнеса, связанного с семенами кукурузы и сои. Начинается масштабное поглощение брендов.

В 2005 году вспыхивают многочисленные протесты потребительских и экологических организаций в связи с опасностью ГМ-культур, устойчивых к «Раундап». Одна из главных претензий — появление суперсорняков, с легкостью игнорирующих этот чудесный гербицид. Но «Монсанто» не стала утруждать себя обращением внимания на недовольных потребителей и продолжила гнуть свою линию. Практически сразу же вспыхивает новый скандал. Комиссия США по ценным бумагам и биржам выявляет факты подкупа индонезийских официальных лиц и членов их семей с целью получения разрешения на выращивание трансгенного хлопчатника без проведения экологической экспертизы. Эдаким нехитрым способом, ненавязчиво так, проплатили сто сорок чиновников, это только то, что удалось доказать. Департамент юстиции США отреагировал сурово — оштрафовал «Монсанто» на полтора миллиона долларов. Компания, несомненно, снова дрожала. Да так сильно, что в этом же году последовала череда интересных событий.

Сначала шестеро ученых, работающих в правительстве Канады, в том числе доктор Маргарет Хайдон, сообщили в Канадский Сенат, что «Монсанто» предлагала специалистам из Министерства здравоохранения взятки на сумму от одного до двух миллионов долларов. Видимо, наскребли по закромам после уплаты непосильного штрафа. Взятки предлагались за выдачу разрешения на коммерческое использование трансгенного бычьего гормона роста rbGH (запрещенного во многих странах мира) без проведения дополнительных исследований. Также она сообщила о том, как документы, содержащие критические замечания на данные, предоставленные «Монсанто», были украдены из закрытого кабинета в ее ведомстве. Позже выяснилось, что одна из ключевых специалистов Управления питания и лекарственных препаратов США (FDA), с чьей помощью допустимый уровень содержания антибиотиков в молоке был увеличен в 100 раз с целью облегчения процедуры одобрения этого гормона, совершенно случайно оказалась бывшим работником «Монсанто». Каких только совпадений не бывает в нашем интересном мире.

В это же время Служба выдачи патентов и торговых знаков США (US Patent and Trademark Office) отзывает 4 ключевых патента «Монсанто» на ГМО. Причина — оспаривание этих патентов со стороны Общественного патентного фонда (Public Patent Foundation — PUB-PAT), который заявил, что «Монсанто» использует данные патенты как инструмент для преследований, запугиваний и судебных разбирательств и в ряде случаев доведения до банкротства американских фермеров. «Монсанто» ежегодно тратит более 10 млн. долларов на такую антифермерскую деятельность, против только лишь предположительно неправомерного использования запатентованных семян. Но это никого не останавливает, разумеется. Как и выяснившийся факт очередного утаивания информации об опасности. Оказывается, нехорошая «Монсанто» ещё в 1996 году при публикации исследования о безопасности трансгенной сои, так сказать, придержала при себе некоторые данные.

Когда эту информацию удалось добыть, выяснилось, что ГМ-соя содержит значительно меньше белков и других питательных веществ, а поджаренная ГМ-соя содержит вдвое больше лектина (белка), который может блокировать способность организма усваивать другие питательные вещества. Более того, жареная ГМ-соя содержит в семь раз больше ингибиторов трипсина, основного аллергена соевых бобов. Проще говоря, трансгенная соя вредна для здоровья. Исследование «Монсанто» называлось «Состав семян сои, устойчивой к глифосату, эквивалентен составу традиционных соевых бобов». В Европейском Союзе «Монсанто» отказалась раскрыть данные о результатах своих собственных экспериментов по скармливанию животным ГМ-кукурузы (который выявил серьезные отклонения у крыс, получавших в пищу ГМО), назвав их коммерческой тайной (Confidential Business Information — CBI). Позже суд Германии обязал компанию опубликовать эти данные. Одна из линий ГМ-кукурузы от «Монсанто», устойчивых к вредителям (единственная разрешенная к выращиванию в ЕС), была запрещена для выращивания во Франции и других странах Евросоюза после публикации выводов французского эксперта Сералини, сделанных на основании данных «Монсанто». Но эту выходку французам влиятельные джентльмены не простили, тут история далеко не закончена.

Параллельно с этим вспыхнул скандал в Германии. 10 июня суд города Кёльна обязал «Монсанто» обнародовать результаты всех исследований ГМ-кукурузы линии MON863. Эти исследования проводила сама компания, и они выявили потенциальную возможность опасности этой ГМ-кукурузы для здоровья людей. Где-то монсантовские безопасники допустили прокол, и информация об этом конфиденциальном документе просочилась наружу. Согласно внутреннему докладу «Монсанто», у подопытных крыс, которых кормили ГМ-кукурузой, возникли серьезные проблемы с кровеносной и иммунной системами. Гринпис при поддержке правительства Германии инициировал судебный процесс, однако «Монсанто» заявила, что проблемы у крыс носят случайный характер и не говорят об угрозе ГМО для человека. Компания пыталась предоставить необходимые документы лишь частично, ссылаясь на коммерческую тайну, и даже подала встречный иск на правительство Германии, пытаясь помешать огласке документов. Любопытно во всём этом то, что, несмотря на шумиху и судебную возню, воз снова и ныне там. В буквальном смысле. ГМ-кукуруза по-прежнему выращивается в Германии и вообще в Европе.

Тем временем «Монсанто» не стоит на месте. В 2006–2007 годах она покупает сразу несколько крупных региональных семенных компаний, в том числе лидера в сфере производства семян хлопчатника «Delta and Pine Land Со». Начинаются обвинения «Монсанто» в создании монополии в сфере семеноводства, но это никого не останавливает. Поглощение продолжается.

В 2008 году поглощены компании, занимающиеся селекцией сахарного тростника, и датская компания по созданию гибридных семян. Выражения опасения потребителей и предприятий пищевой промышленности, связанные с повышением содержания гормонов в продуктах мясо-молочного животноводства, принимают массовый характер, и «Монсанто», не желая повторять ошибку с «Solutia», быстренько продает свой бизнес по производству гормона «Posilac».

В 2009 году Департамент юстиции США сделал громкое заявление о проверке факта монополизации в секторе семеноводства, но никаких решений до сих пор не принято. Зато объем продаж «Монсанто» составляет 11,5 миллиардов долларов, а чистый доход компании за год равен 2,1 миллиарда долларов. В целях «осветления имиджа» «Монсанто» объявляет о начале проекта, направленного на улучшение условий жизни десяти тысяч малых фермеров, проживающих в тысяче ста деревнях Индии. Разумеется, данные фермеры должны производить ГМ-кукурузу и ГМ-хлопчатник, на разработку новых технологий создания и выращивания которых направлено мощное финансирование. Научные организации, работающие на «Монсанто», ни в чем не нуждаются…

Несколько позже, в сентябре, Федеральный суд США признал, что Департамент сельского хозяйства США нарушил федеральное законодательство, выдав «Монсанто» разрешение на коммерциализацию трансгенной сахарной свеклы. Всё это особо никого не смутило, ибо никаких мер принято не было. Деньги решают всё, и не только в Штатах. Как следует из письма тогдашнего посла Индии в США Мееры Шанкар своему премьер-министру, для американских транснациональных корпораций подкуп сотрудников индийских органов власти является обычной практикой. Что не удивляет. Зря, что ли, тренировались на Индонезии?

На 2010 год рыночная капитализация «Монсанто» составляла более тридцати семи миллиардов долларов. Сейчас этот показатель ещё выше. Просто волшебная компания. Столько приключений со смертельным исходом и причинением необратимого вреда здоровью, не говоря уже о таких мелочах, как экологический вред, что Уголовный Кодекс позавидует. И при этом никто не сел ни на электрический стул, ни на десяток пожизненных. Никого не разогнали, с позором не разгромили и не запретили. Все проблемы решались выплатами компенсаций, пусть даже иногда и солидных. Как там у классика? «Только не бросай меня в терновый куст»? Только не штраф? Вполне ожидаемая работа правосудия в отношении одного из детищ, выпестованных негласными владельцами того самого правосудия. Несколько показных затрещин, дабы заткнуть разволновавшийся электорат, и «Монсанто» продолжает процветать. И уверенно шествует по миру.

«Дюпон», «Сингента», «Байер», «Доу», «БАСФ», «Авентис», «КВС», «Лэнд О Лэйкс», «Лимагрейн» — сеть раскинулась по всему миру.

Влияние транснациональных биотехнологических корпораций на правительства прослеживается всё отчетливее, но началось это не вчера. Ещё в 1992 году чиновник Управления США по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов, ранее, разумеется случайно, бывший юристом компании «Монсанто», Майкл Тейлор, выпустил на рынок ГМО без изучения их безопасности и без нанесения на них этикеток. Он провозгласил предельно простую политику Управления в этой области: они не осведомлены о каких-либо данных, показывающих, что ГМО существенно отличаются от обычных организмов. Эту же политику марионетки ГМ-корпораций продвигают сейчас по всему миру.

В 2013 году согласно требованиям ВТО отменили маркировку ГМО и сняли ограничения на импорт и выращивание ГМО. С тех пор ГМ-продукция массово хлынула на российский рынок, и теперь контроль над продовольственным обеспечением страны стремительно утекает сквозь пальцы Генерала и его соратников. То, что первоначально оценили как большие деньги и не более того, оказалось большой политикой со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Американцы в документах Министерства торговли США «Вступление России в ВТО» прямо отмечают: «Россию можно будет заставить соблюдать обязательства в ВТО посредством Суда ВТО». Генерал вернулся к чтению аналитической сводки. Отчет экспертов был вполне конкретен: вступив в ВТО, Россия автоматически попадает под юрисдикцию Суда ВТО и соглашений ВТО. За несоблюдение решений Суда ВТО против страны выдвигаются огромные штрафы. Практика показывает, что под давлением этих штрафов несогласные сдаются. Основными позициями, дающими США возможность судебного давления, являются следующие документы:

1. «Соглашение по техническим барьерам в торговле» ВТО.

Согласно данному соглашению, не имеет значения, как произведен продукт. Производственные процессы и методы не рассматриваются. В результате ГМО признаются эквивалентными обычной продукции. Из их «эквивалентности» следует, что нельзя «дискриминировать» компании-производители ГМО. Кроме этого, Соглашение определяет, что технические меры не должны «ограничивать торговлю больше, чем необходимо». Что означает «необходимо» — это будет определять Суд ВТО, действующий в интересах своих хозяев.

2. «Соглашение по санитарным и фитосанитарным мерам» ВТО.

Это основной инструмент, с помощью которого перед Судом ВТО можно заставить другие страны принять ГМО-продукцию. Оно предусматривает, что запрет на импорт должен быть научно обоснован, что разрешение на импорт должно выдаваться без ненужных задержек. Ограничение или отказ от импорта ГМО рассматривается как «несправедливая торговая практика», а маркировка — как дискриминация.

3. Принцип Прозрачности ВТО.

Очень любопытная вещица. Он означает, что страна-член ВТО должна информировать другие страны о законах, которые она собирается принять. Тут Генерал позволил себе улыбку. Интересная трактовка демократии, прямо как у нас. Иными словами, информация о новом законе может быть использована другими странами для того, чтобы подать на этот закон в Суд ВТО или же пригрозить судебным процессом ещё до того, как он будет принят. То есть все законы России перед принятием должны будут пройти процедуру «ознакомления и комментирования» в США.

4. Соглашение ВТО по Правам На Интеллектуальную Собственность.

Гвоздь программы. Дает право ГМ-корпорациям получать патенты на ГМ-семена. Далее действие разворачивается по стандартной схеме:

— Скупка компаний, производящих традиционные семена.

— Ввод патентов на собственную продукцию.

— Навязывание сельскому хозяйству и фермерству захватываемой страны соглашений на покупку своих семян и гербицидов к ним.

Приобретение патентов означает, что сельские хозяйства вынуждены в соответствии с соглашением постоянно покупать семена и лишаются права откладывать семена на следующий год. Кроме этого, они должны платить ГМО-компании «лицензионные отчисления» за «патентованные технологии». По подсчетам американского же «Центра науки и политики окружающей среды», ГМО-семена дороже обычных семян на 25–40 % в связи с платой за технологии. Из-за этого в мире периодически случаются некие казусы, вроде массовых самоубийств в Индии, произошедших когда-то там, в результате чего покончило с собой более ста тысяч человек, но вот как раз это мелочи.

Например, в Аргентине. По договору с компанией «Монсанто», в соответствии с патентами на ГМ-сою, аргентинские фермеры лишились права откладывать семена на новый посев. «Монсанто» заклеймила это тысячелетнее право крестьян «воровством». Теперь фермерам в Аргентине надо каждый год покупать ГМО-семена и платить лицензионные отчисления. Выплату лицензионных отчислений «Монсанто» навязала Аргентине под угрозой введения пошлин для аргентинского экспорта. Помимо этого фермеры вынуждены использовать токсичный для всего живого гербицид «Монсанто» «Раундап», который привязан к ГМО-семенам этой же компании. И всё это успешно действует, несмотря на то, что урожаи ГМ-сои на пятнадцать процентов ниже обычной сои.

5. Непосредственно Суд ВТО.

Несомненно, самая красивая часть всей схемы. Очень напоминает нашу, но работает гораздо эффективнее, что ещё раз доказывает необходимость перенимать полезный опыт. Итак. Слушания в Суде ВТО закрытые, нейтральность судей гарантируется только на основании их собственных заявлений о нейтральности. В ВТО составляются списки потенциальных судей. В судебном процессе заседают от трех до пяти судей из данного списка, которые выбраны либо спорящими сторонами, либо главой ВТО. Сначала проходят консультации между спорящими сторонами, потом судебные слушания, на которые выносится доклад. Доклад передается непосредственно Суду ВТО, который принимает решения. Если страна не оспаривает решение Суда ВТО, то должна исполнить вынесенное решение, то есть осуществить изменение своего законодательства или выплатить компенсации. Если страна не выполняет решение ВТО, наступают санкции, причем в разных областях.

Все организовано более чем грамотно: ВТО требует, чтобы ограничения были «научно обоснованными». Судьи Суда ВТО выбирают экспертов, мнения которых они положат в основу своего заключения. Таким методом убиваются сразу два зайца: вопрос независимости судей и вопрос независимости ученых, которых эти судьи привлекут. Все отдано в руки ВТО, мнение российских или любых других исследователей в Суде ВТО ничего не значит. Плюс к этому ВТО не признает право государств запрещать потенциально опасные вещества и продукты. Этот принцип был заявлен в «Протоколе о биоразнообразии» ООН, который США даже не подписали. Проблема с документами ООН в том, что у ООН нет Суда, который бы обеспечивал их исполнение. Международные конвенции ООН в Суде ВТО также не будут иметь никакого значения. Не говоря уже о том, что решения целых стран принимаются не их депутатами или правительством, а Судом ВТО. То есть мнение этих стран в Суде ВТО всё так же не имеет значения. Красиво, красиво. И не просто красиво, но и реально действует.

— 1996 год. Судебный спор перед Судом ВТО по поводу мяса с гормонами роста. Американские агрокорпорации используют гормоны роста для того, чтобы животные быстрее росли. В ЕС существовал мораторий на импорт такого мяса из соображений безопасности питания. США подали иск на ЕС и выиграли жалобу. США пригрозили санкциями в 117 миллионов долларов, и ЕС снял свой мораторий. А в 2002 году ЕС опубликовал результаты исследований, что употребление в пищу мяса с гормонами роста приводит к раку. Но это было уже потом.

— Январь 2001 года. Боливия ввела годичный запрет на пищевые и сельскохозяйственные продукты из ГМО. В августе 2001 Боливия объявила о том, что запрет будет преобразован в постоянный закон. США и Аргентина пригрозили Судом ВТО. Боливия отказалась под их давлением от закона по ГМО.

— Май 2001 года. Шри-Ланка ввела запрет на импорт двадцати одной категории ГМО-товаров, в том числе трансгенной сои, и ввела обязательную сертификацию продуктов на содержание ГМО. Также Шри-Ланка планировала внести поправки в «Закон о продовольствии». США пригрозили Шри-Ланке, что опротестуют эти законы в ВТО и в случае отказа Шри-Ланке грозят штрафные санкции в 190 миллионов долларов. ВТО предупредила Шри-Ланку, что ее закон будет рассматриваться как «несправедливый барьер в торговле». Несмотря на широкие протесты граждан Шри-Ланки и протесты около 200 общественных организаций, правительство под давлением ВТО отказалось от своих законов по ГМО.

— Снова май 2001 года. Китай ввел маркировку и сертификацию ГМО-импорта. В декабре 2001 Китай вступил в ВТО и через полтора месяца столкнулся с угрозой судебного процесса в ВТО из-за маркировки ГМО. В результате Китай был вынужден открыть свой рынок для ГМ-сои.

— 2002 год. Под угрозой торговых санкций в ВТО за планы ввести маркировку ГМО США заставляют Канаду отказаться от своих намерений.

— В том же году Председатель Министерства по продовольствию Таиланда сообщил об угрозах США ввести торговые санкции, если будет принят закон о маркировке ГМО.

— 2003 год. США, Канада и Аргентина, во всех этих странах американские ГМ-корпорации успешно выращивают ГМО, потребовали от ЕС снять мораторий на допуск новых линий ГМО. Процесс в Суде ВТО длился три года и на основании целого ряда статей «Соглашения по санитарным и фитосанитарным нормам» Суд ВТО принял решение, что ЕС должен отменить мораторий на ввоз ГМО. Особенно интересен тот факт, что слушания по процессу были тайными, а Суд ВТО вменил ЕС среди прочего в вину предоставление общественности доступа к внутренним тайным докладам Суда ВТО. Мораторий ЕС был истолкован, кроме прочего, как ненужная задержка получения лицензии на импорт.

— 2006 год. Суд ВТО признал незаконным мораторий ЕС на ввоз новых сортов ГМО.

— 2012 год. Какие-то яйцеголовые из Франции провели исследования и доказали чуть ли не смертельную опасность ГМО. Но не тут-то было, биотехнологические гиганты немедленно начали целую «ответную войну», нажимая на юридические рычаги всех подконтрольных им мировых организаций. Контрисследования, оплаченные транснациональными компаниями в поддержку ГМО, с тех пор растут, как грибы после дождя, наперебой возвещая о безвредности и даже великой пользе трансгенных продуктов.

Конечно, навязывание ГМО происходит не только посредством ВТО. В оккупированном Ираке проамериканская администрация Бремера делала это напрямую. Приказ № 81 навязал иракским фермерам ГМ-семена. Сохранение семян на новый урожай было объявлено вне закона. Также США навязывают ГМО через USAID и World Food Programme. Впрочем, с USAID нам удалось покончить. А вот Суд ВТО так просто не закроешь…

Предприимчивые дельцы от индустрии биотехнологий подобно раковой опухоли распространяются по миру, поражая организм планеты своим трансгенным ядом. От распыления их гербицидов гибнут урожаи обычных культур, гибнут птицы и насекомые, обитающие рядом с трансгенными полями и кормящиеся на них, а среди людей, живущих по соседству с такими полями, «Раундап» привел к взрывному росту заболеваний. Под выращивание ГМ-культур крупными корпорациями и банками скупается земля, в Аргентине многих крестьян вытесняли насильно, только за несколько лет свои земли потеряли около двухсот тысяч человек! В Индии это привело к массовым самоубийствам, число жертв которых превысило сто тысяч человек! Кроме опасности для человека и природы, генная инженерия не оправдала также и обещаний высоких урожаев и меньшего использования гербицидов: в тех же США только с 1996 по 2001 год фермеры, выращивавшие ГМ-кукурузу, понесли убытки в 92 миллиона долларов. Сорняки выработали устойчивость к гербициду, и теперь фермерам нужно все больше гербицидов, чтобы уничтожить новые сорняки. Как известно, до появления трансгенов науке не было известно ни одного растения, способного выжить после контакта с глифосатом. Зато после выпуска ГМО в природу сверхустойчивые сорняки начали появляться с огромной скоростью, и на сегодняшний день в мире их известно более пятисот! В течение 13 лет использования ГМ-зерна в США общее использование пестицидов выросло на 318 миллионов фунтов. Вопреки обещаниям «Монсанто», посевы ГМО-сои дали урожаи на 5-15 % ниже, чем обычная соя. В чем же преимущества трансгенов?

ГМО-лобби и их противники : война проиграна?

 А преимущество весьма простое! Это возможность монополизировать производство пищи в масштабах всего мира! ГМ-лобби глубоко безразличны судьбы и простых людей, и целых государств. Власть — вот единственное, что их интересует! И миру необходимо трезво смотреть на ситуацию с ГМО: трансгенный заговор успешно реализует свои планы! Страны одна за другой попадают под власть теневых кукловодов. В Аргентине уже нет собственного разнообразного сельского хозяйства, теперь оно ориентировано на одну культуру — трансгенную сою, продовольственная самодостаточность и безопасность подорваны. В Канаде генетическое заражение полностью уничтожило традиционные сорта сои и рапса, в этой области страна абсолютно зависима от патентов ГМ-производителей. Испания всячески приветствует любую инициативу по распространению и продвижению ГМО, навязываемую Евросоюзу производителями трансгенов через ВТО. ГМ-лобби ведут себя предельно агрессивно и не собираются считаться с нашими интересами! Их интересуют только власть и деньги! ГМ-корпорации фактически порабощают покупателя, делая его зависимым от своей продукции. Товарооборот одной только «Монсанто» составляет свыше одиннадцати миллиардов долларов в год, два миллиарда из которых — доходы. Ее власть распространяется по всему миру наравне с властью таких американских компаний, как «Макдональдс», «Кока-Кола» и «Пепси».

ГМ-лобби имеет своё влияние везде, в том числе в правительственных кругах множества стран. Началась тяжелейшая борьба между противниками и сторонниками ГМО, не утихающая до сих пор. У нас, в России, вместо запрета ГМО, Роспотребнадзор во главе с главным санитарным врачом страны господином Онищенко всего лишь временно приостановил ввоз в Россию трансгенной кукурузы NK603, а также оборот этого продукта на территории страны. Никакие другие ГМ-линии никаким мерам подвергнуты не были. Более того, господин Онищенко «в рамках изучения проблемы» направил запрос о рассмотрении корректности выводов европейских ученых в «НИИ питания РАМН», возглавляемый академиком Тутельяном. Вот так, один ГМ-лоббист поручил другому ГМ-лоббисту «проверить» безопасность смертельно опасной отравы! А два дня назад, на заседании Государственной думы, были приняты чудовищные по своему значению поправки в Закон об Экологическом Сельском Хозяйстве! Теперь ГМ-культуры можно высевать рядом с чистыми полями, что фактически означает полное и неизбежное заражение органических культур трансгенами в ближайшие годы! Деньги транснациональных биотехнологических гигантов вновь одержали верх над будущим наших потомков! Алчность в очередной раз восторжествовала над разумом!

23 сентября 2012 года на главном российском телеканале вышла в эфир передача Елены Малышевой «Жить здорово», посвященная теме ГМО. Ведущая, заявляя, что борется «с мракобесием», говорила о том, что вот уже многие годы россияне употребляют в пищу трансгенную клубнику с геном камбалы, помидор с геном скорпиона и рис с геном альбумина человека. И ничего страшного не произошло. Малышева призвала: ешьте трансгены смело, и вы не станете раком!

По состоянию на 2012 год, жители СНГ и весь остальной мир употребляли в пищу генно-модифицированные культуры, 80 % из которых составляют соя и кукуруза с генами устойчивости к гербициду «Раундап». Остаточное количество вредных веществ в плодах этих культур многократно превышает все допустимые нормы, из-за чего в США и Евросоюзе увеличили цифру официально допустимой концентрации глифосата в пищевых сельскохозяйственных культурах более чем в сто раз. Остальные 20 % ГМО — это культуры, производящие внутри себя токсин Bt, убивающий насекомых-вредителей. Ни раков, ни камбал, как говорится.

Несложно догадаться, что подконтрольное ГМ-лоббистам руководство Первого канала принимало решение о подготовке передачи в связи с публикацией данных исследования французских ученых доктора Сералини. Ведь та публикация доказала смертельную опасность трансгенной кукурузы для млекопитающих, а значит, и для человека. И эта самая кукуруза благополучно зарегистрирована в России, по неизвестным причинам признана безопасной Институтом питания РАМН и Роспотребнадзором и широко представлена в ряде продуктов питания, реализуемых на территории Российской Федерации. Пусть передача Малышевой практически не содержала ни одного достоверного факта, по большей части лишь домыслы и явную ложь, но свою задачу она выполнила: сделала еще один шаг в информационной войне, которую вели тогда, в 2012 году, лоббисты ГМО.

 Если ничего не предпринять, это в конечном итоге приведет к потере биологического разнообразия. Оставшись без поддержки, исчезнут национальные породы сельскохозяйственных животных и традиционные сорта сельскохозяйственных растений. Мы будем полностью зависеть от зарубежных производителей ГМО: семена, племенной скот, корма. И претензии не принимаются — всё защищено авторскими правами! Закончится это полной потерей продовольственного суверенитета, так как сырьевая база для сельского хозяйства будет нами утеряна. Это называется продовольственное рабство, вообще-то! Нам отдадут всю ГМО-грязь, что не могут продать в страны, решительно сопротивляющиеся трансгенам. Россия сейчас и без того является свалкой, свалкой радиоактивных отходов. Мы производим захоронение на своей территории ядерных отходов США, Японии, Германии, Франции, Болгарии и не только! А теперь ещё будем свалкой для ГМО-неликвида!


Просмотров: 7568
Рекомендуем почитать



Популярное на сайте
Соль, которая убивает 100 причин отказаться от алкоголя Почему лучше не красить волосы Мыло из золы Сода лечит рак Зачем "медицине" свежая плацента и пуповина наших детей?